Начало >> Статьи >> Архивы >> Биохимические синдромы в психиатрии

Биохимические синдромы в психиатрии

Оглавление
Биохимические синдромы в психиатрии
Соматическое направление
Синдромы
Классификация
Синдром алиментарной недостаточности
Синдром алиментарной недостаточности при конкретных заболеваниях
Синдром эндотоксикоза при психозах
Химическая природа токсических веществ
Место и механизм образования токсических веществ при психозах
Защитные механизмы против интоксикации
Синдром нарушения окислительно-восстановительных процессов
Синдром нарушения энергетического обмена
Исследования энергетического обмена в мозгу
Синдром нарушения энергетического обмена при шизофрении
Нарушения энергетического обмена при различных расстройствах
Биохимия расстройств эндокринно-вегетативной регуляции
Биохимия желез внутренней секреции и структур вегетативной нервной системы
Биохимия психофармакологических средств
Биохимия в изучении роли наследственности
Биохимия наследственности - профилактика и лечение
Биохимия иммунобиологических нарушений
Заключение
Литература

БИОХИМИЧЕСКИЕ СИНДРОМЫ В ПСИХИАТРИИ
Проф. И. А. ПОЛИЩУК
ИЗДАТЕЛЬСТВО ,,ЗД0Р0В’Я“, КИЕВ - 1967

В монографии обобщены результаты исследований биохимических нарушений при психических заболеваниях, проводившихся автором в течение ряда лет, а также данные литературы по этой проблеме. Обосновывается роль биохимических нарушений в клинике психозов и место биохимии в психиатрических исследованиях. Развивается положение о том, что для понимания патофизиологии психозов могут иметь значение не отдельные биохимические показатели, а комплекс биохимических изменений в динамике. Рассматриваются такие часто встречающиеся при психозах метаболические нарушения, как алиментарные, аутоинтоксикационные, гипоксемические. Большое внимание уделено анализу расстройств энергетического обмена, а также биохимическому аспекту иммунологических и эндокринно-вегетативных нарушений в психиатрической клинике. Показаны возможности биохимического исследования наследственной патологии. Излагаемый в работе материал, касающийся биохимического исследования психически больных, сгруппирован по синдромам, отражающим сущность обменных нарушений при различных психотических состояниях. Подвергаются анализу клиническое значение последних и вытекающие из них рациональные терапевтические мероприятия.
Таким образом, работа по своему характеру является кратким очерком психиатрической клинической биохимии, которая только начинает развиваться. Автор высказывает ряд предположений о будущих, перспективных возможностях исследования тех или иных биохимических синдромов.
Книга иллюстрирована 4 схемами и 9 рисунками, объясняющими механизмы биохимических нарушений при разных синдромах и их клиническую интерпретацию. Указатель литературы включает 73 работы отечественных и 58 работ зарубежных авторов.
Монография предназначена для психиатров, занимающихся практической и научно-исследовательской деятельностью.

Глава первая

МЕСТО БИОХИМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ В ПСИХИАТРИИ И ИХ ЗНАЧЕНИЕ

Пути развития и состояние психиатрии во многом отличаются от других клинических дисциплин. Благодаря «специфичности» основного предмета исследования — психических функций, она в большей степени, чем другие медицинские дисциплины, находилась и находится под влиянием господствующих философских и психологических концепций. Глубоко укоренившееся дуалистическое противопоставление психических и соматических функций до сих пор оказывает сильное влияние на психиатрию. Был период, когда ее стремились элиминировать из системы медицинских дисциплин и предоставить в распоряжение философствующих и морализующих теоретиков (Кант, представители школы психиков). Однако клиническая практика и успехи в изучении нервных и психических процессов помогли психиатрии устоять перед идеалистическим соблазном, но отнюдь не освободиться от него. Даже многие материалистически мыслящие психиатры убеждены в какой-то исключительности психопатологических феноменов, познать которые на основе общей патологии невозможно. Эти ученые, отдавая формально дань общемедицинским концепциям в психиатрии, сами мало пользуются ими, рассматривают их как что-то второстепенное. По их мнению, клинический эмпиризм и феноменологизм являются последней мудростью «клинического метода».
В упорной методологической борьбе росло и крепло естественнонаучное направление в психиатрии.
Р. Pinel провозгласил, что лечением психически больных должен заниматься врач, а не духовник. Первые отечественные психиатры были твердо убеждены в том, что сущность психических болезней может быть понята из анализа телесных изменений, их сопровождающих. Π. П. Малиновский отмечал, что не следует увлекаться болезнями духа, нужно обратить внимание на тело. Второй крупный представитель отечественной психиатрии Ф. И. Герцог высказывался еще более определенно. Он писал, что умственные расстройства происходят от телесных недугов, а возможность самопроизвольной душевной болезни считал «неосновательной химерой». В XIX веке идеи «психиков» Heinroth и Ideler о том, что психозы — результат «греха или разросшихся страстей», вытесняются естественнонаучными представлениями об обусловленности психозов нарушениями в области физиологических процессов организма, в частности изменением мозга. Первый отечественный профессор психиатрии И. М. Балинский, идеи которого выражены в работе А. Драницына, считал, что «...каждая душевная болезнь есть только симптоматическое состояние, происходящее и обусловленное какой-нибудь болезнью нервной системы, которая в каждом данном случае должна быть исследуема и рассматриваема в связи с другими телесными страданиями». А. У. Фрезе писал: «...Мы смотрим на душевные болезни так же, как и на все остальные болезни человеческого тела. До сих пор никому не удалось наблюдать душевные явления сами по себе, то есть независимо от данного организма». Крупнейший представитель отечественной психиатрии С. С. Корсаков в своем учебнике по психиатрии указывал на то, что «патологические изменения личности обусловливаются всегда изменениями телесными и душевные болезни суть такие же телесные болезни, как и все другие». Один из корифеев мировой психиатрии Е. Kraepelin пропагандировал естественнонаучное представление о сущности психозов. Он считал, что для их понимания необходимо углублять знания естественнонаучных дисциплин, применяя точные науки и стремиться к специализации исследований; он полагал, что прогресс будет достигнут тогда, когда в психиатрию будут привлечены вспомогательные науки (анатомия, физиология, биохимия и др.).
В первые десятилетия текущего столетия достигнуты успехи в обосновании соматического (телесного) генеза психозов. В психиатрии, пожалуй, раньше, чем в других медицинских областях, была развита идея, заключавшаяся в том, что глубокие основы патологических процессов могут быть поняты на клеточном и молекулярном уровне, на уровне изучения интимнейших процессов  обмена веществ. Началось бурное развитие биохимических исследований в психиатрии.
В период, непосредственно предшествовавший первой мировой войне, в отечественной психиатрии уже сложилось биохимическое направление, представителями которого были А. И. Ющенко, Л. И. Омороков, М. Я. Серейский и др. Книга А. И. Ющенко «Сущность душевных болезней и биохимические их исследования», вышедшая в 1911 г., была переведена на немецкий язык. Широко развернулись биохимические исследования психозов после Великой Октябрьской революции, особенно в таких крупных центрах психиатрической мысли, как Москва, Ленинград и Харьков. Интенсивно разрабатывались вопросы биохимии психозов в Харькове (представители школы А. И. Ющенко — М. А. Чалисов, Η. М. Вольфсон, Д. И. Арутюнов и сотрудники В. П. Протопопова — А. Л. Лещинский, М. Сафронов, И. А. Полищук). Биохимические исследования проводились также в Киевском, Одесском, Минском и Тбилисском психоневрологических институтах и на многих кафедрах психиатрии.
В 30-х годах принимают большой размах биохимические исследования психозов за рубежом. Публикуются работы Н. Pfeiffer, М. de Crinis, Weichbroth, V. М. Buscaino, H. Cotton и других авторов.
Биохимические исследования в этот период имели крайне неорганизованный характер, динамические наблюдения отсутствовали, выбор исследуемых ингредиентов, а также подбор больных для исследования, ввиду нечеткости границ нозологических форм, были случайными.
Результаты исследований, полученные разными авторами, противоречивы. Лишь постепенно обнаруживались недостатки методики, устранялись ошибки, и результаты исследований становились более четкими и значащими. Основные перемены в постановке биохимических исследований можно свести к нескольким принципиальным положениям.

  1. Стало очевидным, что одноразовые исследования того или иного ингредиента или метаболита с последующим статистическим выведением средних величин необходимо заменить динамическими исследованиями у одного и того же больного, сопоставляя их результаты с изменениями клинической картины заболевания.
  2. Утвердилось мнение, что изолированное изучение одного какого-либо ингредиента или метаболита не представляет научной ценности. Необходимо изучать не биохимический ингредиент, а биохимический процесс — взаимосвязанный комплекс метаболитов, субстратов и ферментов, динамические изменения которых позволяют судить о характере и направленности обменных процессов.
  3. Противоречивые данные исследования разных авторов зависят, главным образом, от неоднородности исследовавшихся больных. Возник вопрос о подборе для исследования больных, относящихся к одной и той же клинической и патогенетической группе. Появилась необходимость отграничения форм, совпадающих как в клиническом, так и биохимическом отношениях, то есть путем биохимических исследований начали усовершенствоваться систематика и психиатрическая нозология.

Можно привести ряд примеров плодотворности нового подхода к биохимическим исследованиям психозов. Получившие всеобщее признание исследования норвежского психиатра R. Gjessing отличаются тем, что ученый, во-первых, исследовал больных с ярко выраженными состояниями («синтонно-синхронные» и «асинтонно-асин- хронные» кататонические состояния); во-вторых, комплекс изучаемых ингредиентов был подобран так, что в сумме они отразили баланс азота и его вегетативную регуляцию; наконец, в-третьих, R. Gjessing обеспечил систематичность и динамичность исследований на протяжении длительного промежутка времени. Интересный цикл работ выполнен в клинике Бумке Н. Greving и D. Jahn. Авторам, на основе комплекса подобранных биохимических тестов и благодаря тщательному подбору больных (в смысле не только нозологической, но и конституциональной принадлежности), удалось установить биохимические конституциональные типы, которые помогли лучше понять патогенетические закономерности при эндогенных психозах.
Заслужили всеобщее признание биохимические исследования, выполнявшиеся под руководством В. П. Протопопова. Клинические методы исследования сочетались с исследованием высшей нервной деятельности и биохимическим изучением. Путем четкого выделения процессуальных форм шизофрении и витальных расстройств, характерных для маниакально-депрессивного психоза, ученые изучили закономерности протекания белковой) метаболизма при шизофрении и углеводнофосфорного (энергетического) обмена при МДП. В лабораториях В. П. Протопопова методы одноразовых проб не имели места. Здесь всегда проводились динамические исследования с учетом закономерностей клинического течения и исхода заболевания. Основные выводы, к которым пришли исследователи, касаются не отдельных метаболитов, а биохимических процессов. Были изучены такие биохимические процессы при эндогенных психозах, как процессы дезинтоксикации, окислительные, ретенции и выделения азота, фосфорилирования, нарушения щелочно-кислотного равновесия, обмена медиаторов, витаминов и многие другие.
В современных зарубежных школах также широко используются комплексные динамические исследования, однако, ввиду выраженных антинозологических тенденций, они проводятся с целью изучения отдельного случая или какого-либо синдрома — эндокринологического, органического, психофармакологического. Такие исследования нередко глубоко освещают частные механизмы в патогенезе психозов, но не поднимаются до уровня общеклинических обобщений. На Цюрихском конгрессе в 1957 г. была сделана попытка обобщить разрозненные исследования, однако секция по синтезам под руководством Н. Hoff не дала ощутимых результатов. Синтезы необходимо осуществлять в процессе исследования, а не после их завершения; препятствует этому господствующий за рубежом антинозологизм. Высокая методическая техника биохимических исследований, широкое использование хроматографических, авторентгенографических и гистохимических методов исследований дала возможность зарубежным психиатрам, занимающимся биохимическими исследованиями в психиатрии, вскрыть биохимические процессы, происходящие в мозгу при психозах — локализация в различных образованиях ферментов ЦНС (G. A. Buscaino), метаболитов энергетического обмена (О. Н. Arnold), нейрогормонов (исследования американских, японских, французских авторов), а также изучить биохимические основы гормональных явлений при психозах (Ворчестерская школа — США и Бристольская школа — Англия).
Исследования зарубежных и отечественных авторов, стремящихся к вскрытию биохимических основ целостного организма в процессе развития психозов, определяют важнейшую роль биохимии в изучении психозов.
Для выяснения значения биохимических  исследований необходимо остановиться на вопросе о направлении школ в этой клинической специальности. В. М. Морозов в своей недавно вышедшей книге «О современных направлениях в зарубежной психиатрии и их идейных истоках» пишет о таких направлениях, как клинико-нозологическое, эволюционное, психоаналитическое. Автор рассматривает также целый ряд оттенков психиатрической мысли, подпавшей под влияние современных модных идеалистических философских течений, показывает реакционно-идеалистические влияния в зарубежной психиатрии, противопоставляя им материалистические концепции советской психиатрии. В плане освещения философских проблем этой науки избранная автором классификация направлений быть может и оправдывает себя, однако она не отражает богатства оттенков направлений в двух основных лагерях научной мысли (естественнонаучном и идеалистическом). Для нас имеет большое значение формирование направлений исследований с естественнонаучной ориентацией, анализ их достижений, а также недостатков и ошибок, в том числе методологических (философских).
Неясно отношение автора к основным направлениям в психиатрии — соматическому и психопатологическому (патопсихологическому). Не освещено анатомо-морфологическое направление в психиатрических исследованиях, которое способствовало укреплению материалистических позиций в психиатрии. Нет анализа конституциональногенетического направления в психиатрии, его недостатков. Не упоминается о биохимическом направлении; опущен анализ экспериментальной психопатологии и психиатрии, заложенных Е. Kraepelin и успешно развивающихся в настоящее время. Недостаточно или совсем не анализируются такие направления психиатрических исследований, как психофармакологическое, эндокринологическое и ряд других.
Вызывает возражение определение ведущего направления в советской психиатрии как клинико-нозологического. По мнению самого автора, клинико-нозологическое направление не всегда является методологически правильным и прогрессивным. Дело не в клиническом и нозологическом направлениях, а в том, о какой клинике и нозологии идет речь. Почему, например, не назвать господствующим направлением в советской психиатрии патофизиологическое, опирающееся на физиологию и патологию высшей нервной деятельности и общую патологию?
Отдавая должное правильной, глубокой критике идеалистических направлений в современной зарубежной психиатрии, мы не можем считать ни полной, ни правильной классификацию современных направлений в психиатрии, данную В. М. Морозовым.
Мы считаем правильным выделение двух основных направлений в психиатрии — идеалистического и материалистического, в зависимости от того, что считается первичным — сознание (идеальное) или физиологическое (материальное). Наименование этих двух направлений должно иметь преемственность с борющимися давно в психиатрии «психиками» и «соматиками». Первые утверждали, что психические болезни никакого отношения к болезням в теле не имеют, это особый вид душевной патологии. Вторые считали душевные болезни проявлением страдания тела. В наше время представители этого направления отличаются от своих предшественников тем, что искуснее формулируют свое кредо, опираются на опыт современной науки. Во всех оттенках современного идеализма в психиатрии — фрейдизме, психосоматике, экзистенциализме, прагматизме, неотомизме — обнаруживается одна и та же сущность: душа и душевные болезни — это понятия, принципиально отличные от сомы и соматических болезней. Первые — первичны, вторые — только оболочка и форма проявления первых. В условиях больших успехов естественных наук в области учения о психике современные «психики» не отрицают значения телесных изменений при психозах. Они даже призывают их изучать, стремятся воздействовать на них, однако все это лишь вторичные компоненты особых уклонений, аббераций и дезинтеграций духа.
Современное материалистическое направление также во многом изменилось. Оно не игнорирует субъективного, идеального психологического. И. П. Павлов считал, что психиатр должен быть психологом, уметь войти в контакт с больными, «вчувствоваться» и «вмыслиться» в переживания больного, однако после такого психологического «вчувствования» осуществить физиологический анализ, перевести психогению и симптоматику на физиологический язык.
Нам кажется, что такое двучленное разделение основных направлений в психиатрии помогает так же, как и в философии, различать идеализм, как бы он не маскировался, лучше видеть его опасность. Для советской психологии и психопатологии идеализм опасен тем, что психическое все еще противопоставляется соматическому. Боясь механистического уклона, отождествления психического и физиологического, некоторые психологи и психиатры продолжают считать психическое чем-то своеобразным, что нельзя понять физиологически, а в психических болезнях усматривают первичное поражение психики, в лучшем случае мозга, считая, что телесные изменения являются производными психических нарушений.
Эти исследователи не ищут причины психозов в соматических и биохимических нарушениях, так как последние, по их мнению, не причины душевной болезни, а ее следствие; они полагают, что закономерности не соматической патологии при психозах, а психопатологического проявления психоза и его динамики являются основными для понимания сущности заболевания. Такие исследователи часто говорят о связи психотической картины с патофизиологическими процессами в мозгу, однако не связывают патологические явления с соматическими нарушениями в организме, с общей патофизиологией (что вытекает из естественнонаучного представления о целостном организме), а подчиняют патофизиологические процессы в мозгу психотическим состояниям. Такое понимание противоречит основному павловскому требованию — переводить психогению на физиологический язык. Отечественные психиатры, в частности С. А. Корсаков, считали, что душевные болезни суть такие же телесные болезни, как и все другие.

Отставание в изучении соматического генеза психозов, несомненно, объясняется не методическими затруднениями, а принципиально неправильным подходом к сущности психозов. Современная биохимия, достигшая больших успехов в анализе жизненных процессов на клеточном и молекулярном уровнях, вытесняется таким подходом к пониманию психических нарушений из сферы исследования интимнейших процессов, порождающих психическое нарушение.
Биохимические исследования в психиатрии могут развиваться только в рамках соматического (патофизиологического) направления, которое стоит на материалистической позиции телесной обусловленности психозов. Для этого направления развитие биохимических исследований является решающим, ибо они позволяют обнаруживать основы патологии самых различных органов и систем, в том числе мозга. Для этого направления данные биохимического обследования — не дополнительная симптоматика психоза, отражающая «влияние психики на соматику», а коренные нарушения, лежащие в основе патогенеза психоза. Мы считаем поэтому, что нет самостоятельного биохимического направления, а биохимические исследования составляют основу патофизиологического направления в психиатрии.
Сторонников соматического (патофизиологического) направления нередко обвиняют в механицизме, в том, что они недооценивают клинику и в частности психопатологическую симптоматику, стремятся ставить диагноз «в пробирке», игнорируют социальную личность человека и во многих других тяжких «грехах». Все эти обвинения не обоснованы. Современное соматическое направление давно уже освободилось от недостатков, свойственных ему в прошлом, и все исследования увязывает с клиникой, психопатологией и другими смежными дисциплинами, которые могут внести ясность в сложную психиатрическую патологию. Более того, только благодаря биохимическому изучению психотических состояний становится ясной истинная цена симптома, в том числе психопатологического симптома болезни, так как она вскрывает сущность уклонений в психопатологическом проявлении заболевания и учит видеть в них значительно больше, чем это может дать чистая феноменология, не интересующаяся генезом психопатологического симптома.

Биохимия способствовала дифференцированному пониманию расстройств аффектов и влечений, витальных расстройств, пониманию психотических состояний, вызываемых искусственно психотропными веществами, помогла разобраться в сущности группы токсических экзогенных синдромов и многих других.
Биохимические исследования вскрывают общие основы патологических процессов при психозах. Органически необходимо сопоставление данных биохимических исследований с данными исследований других направлений, в том числе психопатологического, для того, чтобы «верифицировать» их, создать полную картину взаимосвязей, возникающих нередко в различных вариантах на одной и той же биохимической основе. Вот почему современное соматическое, или патофизиологическое, направление в психиатрии, использующее биохимический метод исследования, жизненно заинтересовано в развитии других направлений, разумеется исходящих из материалистического понимания психических процессов и психозов, которые бы дополняли его, вскрывали другие стороны сложной психиатрической патологии. Именно в рамках соматического в последнее время развилось много частных направлений с привлечением ряда наук, в то время как чисто психологическое, или психопатологическое, направление связано с противоречивыми психологическими теориями и построениями, представляющими собой благодатную почву для идеалистических философских учений.



 
« Биохимические исследования при инфекционных болезнях   Биоэлектрическая активность головного мозга у больных сахарным диабетом »