Начало >> Статьи >> Архивы >> Человек-оператор и алкогольный стресс

Монтень  о пьянстве - Человек-оператор и алкогольный стресс

Оглавление
Человек-оператор и алкогольный стресс
Введение
Острая алкогольная интоксикация и работоспособность
Методология исследований
Моделирование видов деятельности и методы оценки работоспособности
Клинические проявления острой алкогольной интоксикации
Неврологические нарушения в различные сроки острой алкогольной интоксикации
Изменения физиологических показателей
Изменения гематологических показателей
Связь реакции на прием алкоголя с антропоморфологическими показателями
Сравнительная информативность различных клинико-физиологических показателей
Самооценка состояния и работоспособности
Изменения психологических свойств личности и психофизиологического статуса испытуемых
Сравнительная информативность различных психофизиологических характеристик
Изменение межличностных отношений при коллективной деятельности
Профессиональная работоспособность
Обнаружение с немедленным обслуживанием преимущественно сенсорно-перцептивного типа
Коллективная реальная деятельность, связанная с простейшими механизмами
Деятельность по типу компенсаторного слежения
Возможность пилотирования самолета
Заключение
Монтень  о пьянстве

ВЗГЛЯД ИЗ ПРОШЛОГО
(МИШЕЛЬ МОНТЕНЬ "О ПЬЯНСТВЕ")
Мир - не что иное, как бесконечное разнообразие и несходство. Все пороки совершенно сходны между собой в том, что они пороки, и именно так их толкуют стоики. Но хотя все - они равно пороки, они пороки не в равной мере. Трудно допустить, чтобы тот, кто переступил установленную границу на сто шагов, -
Quos ultra citraque nequit consistere rectum' -
не был более тяжким преступником, чем тот, кто преступил ее на десять; или что совершить святотатство не хуже, чем украсть на огороде кочан капусты:
Ne Vincent ratio, tantundem ut peccet idemque
Qui teneros caules alieni fregerit horti,
Et qui nocturnus divum sacra legerit” .
Во всех этих проступках столько же различий, сколько и в любом другом деле.
Очень опасно не различать характер и степень прегрешения. Это было бы весьма выгодно убийцам, предателям, тиранам Не следует, чтобы их совесть испытывала облегчение от сознания, что такой-то вот человек лентяй, или похотлив, или недостаточно набожен. Всякий склонен подчеркивать тяжесть прегрешений своего ближнего и преуменьшать свой собственный грех. На мой взгляд, даже судьи часто неправильно оценивают их.
Сократ говорил, что главная задача мудрости в том, чтобы различать добро и зло; тоже самое и мы, в чьих глазах нет безгрешных, должны сказать об умении различать пороки, ибо без этого точного знания нельзя отличить добродетельного человека от злодея.
Среди других прегрешений пьянство представляется мне пороком особенно грубым и низменным. В других пороках больше участвует ум; существуют даже пороки, в которых, если можно так выразиться, имеется оттенок благородства.
* Дальше и ближе которых [этих пределов] не может быть справедливого
(лат).
** Разумом нельзя доказать, что переломать молодые кочаны капусты на чужом огороде такое же преступление, как и ограбить ночью храм (лат.).

Есть пороки, связанные со знанием, с усердием, с храбростью, с проницательностью, с ловкостью и хитростью; но что касается пьянства, то это порок насквозь телесный и материальный. Поэтому самый грубый из всех ныне существующих народов - тот, у которого особенно распространен этот порок. Другие пороки притупляют разум, пьянство же разрушает его и поражает тело:
cum vini vis penelravit
Concequilur gravitas membororum, praepediuntur
Crura vacillantl, tardescit linqua, madet mens,
Nani oculi; clamor, singultus, iurgia dliscunt11.
Наихудшее состояние человека - это когда он перестает сознавать себя и владеть собой.
По поводу пьяных среди прочего говорят, что подобно тому, как при кипячении вся муть со дна поднимается на поверхность, точно так же те, кто хватил лишнего, под влиянием винных паров выбалтывают самые сокровенные тайны:
tu sapientium
Curas el arcanum iocoso.
Consilium relegis Lyaeo22.
Иосиф рассказывает, что, напоив направленного к нему неприятелем посла, он выведал у него важные тайны. Однако Август, доверившись в своих сокровенных делах завоевателю Фракии Луцию Пизону, ни разу не просчитался, как равным образом и Тиберий с Коссом, которому он открывал все свои планы; между тем известно, что они были столь привержены к вину, что их нередко приходилось уносить из сената совсем упившимися:
Heslerno inflatum venas de more Lyae33.

И ведь не побоялись же заговорщики посвятить Цимбра, который часто напивался, в свой замысел убить Цезаря, как они посвятили в него Кассия, который пил только воду, Цимбр по этому поводу весело сострил: "Мне ли носить в себе тайну о тиране, - ведь я даже вино переношу плохо!". Известно также, что немецкие солдаты, действующие во Франции, даже напившись до "положения риз", никогда не забывают, однако, ни о том, в каком полку числятся, ни о своем пароле, ни о своем чине:
пес facilis victoria de madidis et
Blaesis, atque nrero titubantibus'.
Я бы не мог себе представить такого беспробудного и нескончаемого пьянства, если бы не прочел у одного историка о следующем случае, Аттал, пригласив на ужин того самого Павсания, который впоследствии, в связи с нижеописанным происшествием убил македонского царя Филиппа - царя, своими прекрасными качествами доказавшего, какое прекрасное воспитание он получил в доме Эпаминонда и в его обществе. - желая нанести Павсанию чувствительное оскорбление, напоил его до такой степени, что Павсаний, совершенно не помня себя, как гулящая девка, стал отдаваться погонщикам мулов и самым презренным слугам в доме Аттала.
Или вот еще один случай, о котором рассказала мне одна весьма уважаемая мною дама Неподалеку от Бордо, возле Кастра, где она живет, одна деревенская женщина, вдова, славящаяся своей добродетелью, вдруг заметила у себя признаки начинающейся беременности. "Если бы у меня был муж. - сказала она соседям, - то я решила бы. что я беременна". С каждым днем подозрения относительно беременности все усиливались, и ,наконец, дело стало явным. Тогда она попросила, чтобы с церковного амвона было оглашено, что она обещает тому, кто сознается в своем поступке, простить его и. если он захочет, выйти за него замуж. И вот один из ее молодых работников, ободренный ее заявлением, рассказал, что однажды в праздничный день он застал ее около очага, погруженную после обильной выпивки в такой глубокий сон и в такой нескромной позе, что сумел овладеть ею, не разбудив ее. Они и поныне живут в честном браке*.
Известно, что в древности пьянство не особенно осуждалось. Многие философы в своих сочинениях довольно мягко отзывались о нем; и даже среди стоиков есть такие, которые советуют иногда выпивать, но только не слишком много, а ровно столько, сколько нужно, чтобы потешить душу:
Hoc quoque virtitum quondam certamine, magnum.
Socratem paimam promeruisse femnt". 44
Того самого Катона, которого называли цензором и наставником. упрекали а том. что он изрядно выпивал:
Narratur el prisci Catonis
Saepe rnero caluisse virtue*.
Прославленный Кир. желая показать свое превосходство над братом Артаксерксом, в числе прочих своих достоинств ссылался на то, что он умеет гораздо лучше пить, чем Артаксеркс. У самых цивилизованных и просвещенных народов очень принято было пить. Я слышал от знаменитого парижского врача Сильвия, что для того, чтобы наш желудок не ленился работать, хорошо раз в месяц дать ему встряску, выпив вина и пробудив этим его активность.
О персах пишут, что они совещались о важнейших своих делах под хмельком.
Что касается меня, то врагом этого порока является не столько мой разум, сколько мой нрав и мои вкусы. Ибо, кроме того, что я легко поддаюсь авторитетным мнениям древних авторов, я действительно нахожу, что пьянство - бессмысленный и низкий порок, однако менее злостный и вредный, чем другие, подтачивающие самые устои человеческого общества. И хотя нет, как полагают, такого удовольствия, которое мы могли бы доставить себе так, чтобы оно нам ничего не стоило, я все же нахожу, что этот порок менее отягчает нашу совесть, чем другие, не говоря уже о том, что он не требует особых ухищрений и его проще всего удовлетворить, что также должно быть принято в соображение.
Один весьма почтенный пожилой человек говорил мне. что в число трех главных оставшихся ему в жизни удовольствий входит выпивка. Но она не шла ему впрок: в этом деле надо избегать изысканности и нельзя быть чересчур разборчивым в выборе вина. Если вы хотите получать от вина наслаждение, смиритесь с тем, что оно иногда будет вам не вкусно. Надо иметь и более грубый, и более разнообразный вкус. Кто желает быть настоящим выпивохой, должен отказаться от тонкого вкуса. Немцы, например, почти с одинаковым удовольствием пьют всякое вино. Они хотят влить в себя побольше, а не лакомиться вином. Это вещь более достижимая. Удовольствие немцев в том, чтобы вина было вволю, чтобы оно было доступным. Что касается французской манеры пить, то прикладываться к бутылке дважды в день за едой, умеренно, опасаясь за здоровье. - значить лишить себя многих милостей Вакха. Тут нужно больше постоянства, больше пристрастия.

Древние предавались этому занятию ночи напролет, прибавляя часто сверх того еще и дни. И действительно, надо, чтобы обычная порция вина была и более обильной, и более постоянной. Я знавал некоего сановника, на редкость удачливого во всех своих начинаниях, который без труда выпивал во время своих обычных трапез не менее двадцати пинт вина и после этого становился только более проницательным и искусным в решении сложных дел. Удовольствие, которое мы хотим познать в жизни, должно занимать в ней побольше места. Нельзя упускать ни одного представляющегося случая выпить и следует всегда помнить об этом желании, надо походить в этом отношении на рассыльных из лавки или на мастеровых.
Докуки старости, нуждающейся в опоре и каком-то освежении, с полным основанием могли бы внушить мне желание обладать умением пить, ибо эта одна из последних радостей, которые остаются после того, как убегающие годы украли у нас одну за другой все остальные. Знающие толк в этом деле собутыльники говорят, что естественное тепло прежде всего появляется в ногах: оно сродни детству.
По ногам оно поднимается вверх, в среднюю область, и, водворяясь здесь надолго, является источником, на мой взгляд, единственных, подлинных плотских радостей (другие наслаждения меркнут по сравнению с ними). Под конец, подобно поднимающемуся и оседающему пару, оно достигает нашей глотки и здесь делает последнюю остановку.
Однако я не могу представить себе, как можно продлить удовольствие от питья, когда пить уже больше не хочется, и как можно создать себе воображением искусственное и противоестественное желание пить, Мой желудок был бы не способен на это: он может вместить только то, что ему необходимо. У меня привычка пить только после еды, поэтому я под конец почти всегда пью самый большой бокал. Анахарсис удивлялся, что греки к концу трапезы пили из более объемистых чаш, чем в начале ее. Я полагаю, что это делалось по той же причине, по какой так поступают немцы, которые к концу начинают состязание - кто выпьет больше. Платон запрещал детям пить вино до восемнадцатилетнего возраста и запрещал напиваться ранее сорока лет; тем же, кому стукнуло сорок, он предписывал наслаждаться вином вволю и щедро приправлять свои пиры дарами Диониса, этого доброго бога, возвращающего людям веселье и юность старцам, укрощающего и усмиряющего страсти, подобно тому, как огонь плавит железо. В своих "Законах" он считает такие пирушки полезными (лишь бы для наведения порядка был распорядитель застолья, сдерживающий остальных), ибо опьянение - это хорошее и верное испытание натуры

всякого человека; оно, как ничто другое, способно придать пожилым людям смелость пуститься в пляс или затянуть песню, чего они не решились бы сделать в трезвом виде Вино способно придать душе выдержку, телу здоровье. И все же Платон одобряет следующие ограничения, частью заимствованные им у карфагенян: Следует отказаться от вина в военных походах; всякому должностному лицу и всякому судье надо воздерживаться от вина при исполнении своих обязанностей и решении государственных дел; выпивке не следует посвящать ни дневных часов, отведенных для других занятий, ни той ночи, когда хотят дать жизнь потомству".

* Хотя они захмелели, пошатываются и от вина языки их заплетаются, однако их нелегко одолеть (лат.).
* Рассказывают, что доблесть древнего Катона часто подогревалась вином
(лат.).                                                            


11 Когда вино окажет свое действие на человека, все тело его отяжелеет, начнут спотыкаться ноги, заплетаться язык, затуманится разум, глаза станут блуждать, и поднимутся, все усиливаясь, крики, брань, икота (лат.).

22 Твое веселое вино, амфора, раскроет думы мудрецов и зреющие втайне замыслы (лат.).

33 Вены его (Силена), как обычно, вздуты вчерашним вином (лат.).

44 Говорят, что в этом состоянии на доблесть пальма первенства досталась великому Сократу (лат)             



 
« Человек и биологически активные вещества   Шейный остеохондроз, профилактика и лечение »