Начало >> Статьи >> Архивы >> Досье рака

Эпилог - Досье рака

Оглавление
Досье рака
Пролог
От автономии к взаимозависимости
Автономия
Зависимость
Взаимозависимость
От взаимозависимости к автономии
Изменение личности
О воздухе, воде и земле
Биосфера и лаборатории
Физические факторы
Химические вещества
Комбинированные канцерогены
Живые канцерогены
Двойные агенты
Не только о раке
Рак и наследственность
Великий беспорядок
Обман защитных органов
Иммунная защита
Иммунный надзор?
Ускользание из-под надзора
О многообразии причин и условий для рака
Профилактика
Инфекции и рак
Внутренние причины
Солнце и рак
Переедание и рак
Чтобы жить - не пить и не курить?
Медицина, косметика и рак
Наука и рак
Профессия и рак
Радиоактивность и рак
Противогазы для горожан?
Социологи и географы помогают онкологам
Другие меры профилактики
Лечение
Выявление
Классификация
Хирургия
Лучевая терапия
Химиотерапия
Организм освобождается сам
Стратегия лечения
Надежда
Логистика лечения
Гуманная медицина
Надежда
Исследования в области профилактики
Эпилог
Терминологический словарь
О книге и о проблеме

эпилог
Есть люди, которые видят существующие вещи и спрашивают, почему они есть.
Я мечтаю о тех вещах, которых не существует, и спрашиваю: а почему их нет?
Бернард Шоу

ТЕМ, КТО ЧИТАЛ ЭТУ КНИГУ, ПРИНИМАЯ ЕЕ ТАКОЙ, КАКАЯ ОНА ЕСТЬ

Моя книга адресована всем, кого непосредственно или отдаленно волнует проблема рака — подлинной чумы нашего века. Я пытался привлечь внимание читателя к проблемам, которые рак ставит перед нами и которые тесным образом связаны с внутренними процессами жизни, факторами окружающей среды, нашим поведением. Мне хотелось показать, чем располагают наука и медицина сейчас и каковы надежды больных на исцеление.
Моя цель — дать возможность биологам и врачам, экологам и социологам, больным и их семьям глубже понять суть явления «рак» и тем самым способствовать их усилиям спасти людей от этого страшного бича.

ТЕМ, КТО БУДЕТ РАЗОЧАРОВАН

Возможно, кое-кто упрекнет меня в том, что я не сделал попытки вывести из «клеточной организации» основы новой социологической теории. Я остерегался подобного обобщения, ибо с недоверием отношусь к экстраполяциям одной модели на другую методами последовательных аналогий и упрощений.
Меня всегда пугают застывшие суждения. Наши определения должны вновь и вновь пересматриваться, а это неизбежно ведет к перестройке общих теорий на основе временных, зыбких результатов. Немыслимо успокоить страхи современного мира, опираясь на данные только одной какой-либо науки.
Быть может, я подсознательно избегал сказать, что- нибудь новое, когда показывал, что социальная система, основанная на угнетении, система, которая узаконила разделение труда, распределение функций, кооперацию и координацию, может потерпеть неудачи, ведущие к самым тяжелым последствиям. Даже когда такая система обладает средствами выявить и уничтожить своих противников, последние могут все же уцелеть и создать беспорядки. Факторы, возбуждающие депрессию, увеличиваются с такой же быстротой, с какой человек разрушает природу в процессе своего развития. Вместе с тем нельзя не признать, что такое явление всегда имеет место, даже в самых «естественных» условиях. Это такая же нормальная функция, как и те, что обеспечивают деятельность организации, без которой индивид не мог бы выжить.

ТЁМ, БЕЗ КОГО МЫ БЕССИЛЬНЫ

Я написал эту книгу с единственной целью — всеми силами участвовать в борьбе против рака, потому что думаю и хочу убедить всех: настал час, когда можно и нужно начать кампанию по искоренению этой пагубной болезни.
Победа обозрима, борьба на исходе, она не продлится дольше четверти века. По мнению компетентных футурологов, 70% больных раком будут излечимы к 2000 году.
Однако, если войны ведут военные, если бой против рака должны вести онкологи, лишь политики могут дать армиям материальные и людские ресурсы, необходимые для победы.

ФРАНЦИЯ ПРОТИВ РАКА?

Бюджет на научные исследования во Франции упал с 2,2% от общего национального дохода в 1967 г. до 1,7% в 1976 г. И, хотя эти средства позволяют вести некоторые исследования в области рака, они не дают возможности участвовать в окончательном наступлении на болезнь так, как это понимают наши американские коллеги .

В то время как США в 1976 г. выделили 743 млн. долл. на научные исследования в области онкологии, а в 1977 г. ассигновали 820 млн. (не считая 400 млн. долл. на лечение больных), Франция вложила в развитие онкологии лишь 50—80 млн. франков. Однако затраты на лечение одного больного в обеих странах одинаковы. Чтобы сравняться с Соединенными Штатами, Франции потребуется 800 млн. франков для научных исследований. Мы жертвуем будущим, экономя в настоящем.
Что мешает выделить 800 млн. франков для борьбы против рака, если ежегодно 5 млрд. франков «тают» в спирту и столько же улетучивается с табачным дымом? Наш бюджет достигает 200 млрд. франков, а рак обходится стране ежегодно в 30 млрд., которые можно было бы сэкономить, согласись правительство предоставить на исследования требуемую сумму. Кстати, она соответствует ежегодным прямым и косвенным налогам, которые вносят в казну излеченные от рака французы.
Что можно было бы сказать о войне, если бы на ее нужды тратилось в 15 раз меньше, чем необходимо? Одно: невзирая на доблесть солдат, поражение было бы неизбежно.
Нам кажется нелогичной и непонятной позиция министерства финансов, которое определяет нищенский по сравнению с жизненно требуемым бюджет, на онкологические исследования вопреки желаниям налогоплательщиков. Ну чем не превосходная тема для референдума: «Считаете ли вы разумным выделить 800 млн. франков в год на интенсивные исследования против рака?»
Когда мы обращаемся к добровольной помощи французов, а мы делали это неоднократно через многочисленные общественные противораковые организации, то эту помощь нельзя рассматривать как простую благотворительность. Она весьма существенна.
Но, хотя общественные организации и обеспечивают научные лаборатории средствами, которые можно использовать с большей гибкостью, чем того требует министерство финансов, и это позволяет приступить к оперативной разработке неотложных тем, эти средства все же не могут заменить государственных ассигнований. После тяжелой борьбы, которую мне пришлось вести в течениечетырех месяцев с госпожой Симоной Вейль (министром, курировавшим научные исследования в медицине), президент Франции согласился на проведение координированной программы «Онкогенез и фармакология рака», на которую было отпущено... 2 млн. франков в год.
Такое положение нуждается в пересмотре, а для этого требуемая сумма должна быть умножена на фактор, соответствующий научному потенциалу страны. Необходимо привлечь компетентных людей, чтобы страна могла участвовать в решающем наступлении на рак. Эти люди есть. Они имеют должную квалификацию и готовы ринуться в бой. Но число свободных ставок в университетах и научно-исследовательских лабораториях Национального центра научных исследований и Национального института здоровья и медицинских исследований недостаточно. Руководителям лабораторий приходится вести постоянную и часто бесплодную борьбу, чтобы получить ставку, которая позволила бы молодому способному исследователю заняться наукой и «вступить в бой».

ЕВРОПА ПРОТИВ РАКА

Для того чтобы выполнить свою миссию, Франция, которая занимает весомые позиции в науке, должна вместе с другими странами Европейского экономического сообщества (ЕЭС) развивать деятельность «Европейского союза против рака». Начало было положено созданием «Европейской организации по исследованию и лечению рака». Эта организация, основанная в 1962 г. по инициативе специалистов крупнейших институтов и онкологических центров стран ЕЭС и Швейцарии, является одновременно научной и медицинской организацией; она включает в себя более 100 клиник и институтов, находящихся на переднем крае современной онкологии. Однако до сих пор ее бюджет почти полностью обеспечивается Национальным институтом рака США. Это унизительно и неприемлемо. Финансовая ответственность за деятельность европейской организации, которая подтвердила свою эффективность, должна падать на страны Европы.
Разумеется, эта организация работает в тесном контакте с Национальным институтом рака США и аналогичными организациями стран Восточной Европы. Но она должна иметь возможность сохранить свой суверенитет .

БЕСЕДА С ПРЕЗИДЕНТОМ

Мне вспоминается, как в 1961 г. генерал де Голль спросил меня: «Существует ли такой вид исследований рака, который было бы целесообразно вести в мировом масштабе?» Он хотел обратиться к руководителям великих держав с предложением выделить 0,5% военного бюджета на создание Всемирного института борьбы с раком.
Я вкратце рассказал ему об эпидемиологии рака, подчеркнув важность широких сравнительных исследований частоты различных опухолей в зависимости от географического положения страны, обычаев населения, расовой принадлежности и окружающей среды.
Тогда он задал следующий вопрос: «Отмечается ли во Франции особая частота некоторых видов рака?» Я ответил, что в нашей стране очень распространен рак пищевода, и показал президенту распределение этого вида болезни по географическим зонам, совпадающим с зонами высокого потребления спиртных напитков. На это де Голль заметил, что здесь мы, вероятно, и впредь сохраним за собой «пальму первенства», и добавил, что знания причин болезни недостаточно для ее предупреждения. «Может быть, эффективнее и дешевле сосредоточить наши научные усилия на поиске вакцины?»
Я лишь высказал ему мое убеждение, что мы сумеем вылечить три четверти больных раком, прежде чем снизим на одну четверть заболеваемость, принимая профилактические меры против известных и вновь устанавливаемых факторов канцерогенеза. Сегодня 400 тысяч французов живут благодаря проведенному лечению. «Они действительно исцелились?» — спросил меня президент.
А можно ли когда-нибудь исцелиться от удивительного заболевания, которое зовется жизнью?



 
« Дозирование ортодонтической нагрузки при перемещении зубов   Заболеваемость городского населения и нормативы лечебной помощи »