Начало >> Статьи >> Архивы >> Геронтологическая психиатрия

Значение и объем гериатрической проблемы в психиатрии - Геронтологическая психиатрия

Оглавление
Геронтологическая психиатрия
Значение и объем гериатрической проблемы в психиатрии
Развитие и современное состояние геронтопсихиатрических исследований
Геронтологическая психиатрия
Морфологические изменения при возрастной инволюции мозга
Психология старения и старости
Классификация психических заболеваний позднего возраста
Частная клиническая геронтологическая психиатрия
Современные проблемы учения о старческом слабоумии
Клинические особенности болезни Альцгеймера
Некоторые клинические аспекты других атрофических процессов
Хорея Гентингтона
Болезнь Паркинсона
Психозы при атрофических заболеваниях позднего возраста
В опросы учения о психических нарушениях сосудистого генеза
Проблема инволюционных психозов
Острые психозы в позднем возрасте
Заключение
  1. ВОПРОСЫ ОБЩЕЙ ГЕРОНТОЛОГИЧЕСКОЙ ПСИХИАТРИИ

ГЛАВА 1
ЗНАЧЕНИЕ И ОБЪЕМ ГЕРИАТРИЧЕСКОЙ ПРОБЛЕМЫ В ПСИХИАТРИИ, НЕКОТОРЫЕ ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ И СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
Учение о наблюдающихся в позднем возрасте психических болезнях, или геронтологическая психиатрия,— сравнительно новый раздел медицинской науки, который в настоящее время еще далек от завершения. Лишь в последние годы, — наподобие того, как до этого детская психиатрия,— геронтологическая психиатрия выделилась в самостоятельную область клинической психиатрии. Но уже теперь, на этапе ее становления как науки, мы являемся свидетелями необычайно быстрого развития геронтологической психиатрии и значительного размаха относящихся к ней исследований. В основном это явление связано, по-видимому, с возросшим практическим значением изучения психических болезней позднего возраста и с тем значительным интересом, который возник в процессе изучения этих заболеваний.
В последние годы в литературе появились многочисленные сообщения об увеличении числа лиц пожилого и старческого возраста, поступающих в психиатрические учреждения. Эти факты, изложенные в отечественных и зарубежных работах, стали в настоящее время настолько хорошо известными, что здесь можем ограничиться приведением лишь некоторых характеризующих создавшееся положение цифровых данных, опубликованных в последние годы. Правда, хотя имеющиеся материалы в целом и свидетельствуют о значительном числе больных позднего возраста, поступающих в психиатрические больницы и находящихся в них, существуют, однако, определенные расхождения в оценке динамики этого общепризнанного явления. В частности, американские авторы отмечают относительную стабилизацию или даже снижение соответствующих показателей в последние годы.
Kramer с соавторами (1968) в своем статистическом обзоpe отмечают, что среди больных, находящихся в психиатрических учреждениях, процент лиц в возрасте 65 лет и старше оказался в 1955—1964 гг. относительно постоянным (в среднем 30). В более поздних американских публикациях приводятся данные даже о снижении числа психически больных старческого возраста, госпитализированных в государственные психиатрические больницы. В 1969 г. их общее число составило 110 тыс. человек (около 20% от общего числа больных) и было на 47 тыс. меньше, чем в 1959 г. По данным Goldfarb (1971), только 12% (вопреки ожидаемому,— 30—40%) больных, поступивших в государственные психиатрические больницы, были в возрасте 65 лет. Ярким примером происшедшего «перераспределения» гериатрических больных являются следующие данные, недавно опубликованные, о положении в психиатрических учреждениях штата Нью-Йорк:1 число поступивших в государственные психиатрические больницы больных в возрасте 65 лет и старше уменьшилось с 8360 в 1968 г. до 2865 в 1973 г., т. е. на 66% (правда, за этот же период число всех поступлений уменьшилось в еще большем объеме). Находящиеся в психиатрических больницах больные старческого возраста составили в марте 1968 г. 30 тыс. человек (39% от общего числа больных), а в январе 1974 г.— 18 тыс. человек (45% от числа всех госпитализированных больных), т. е. число госпитализированных снизилось за этот период на 40% (при общем проценте госпитализированных больных, равном 54). За это пятилетие наблюдалось, кстати, и определенное постарение как поступающих, так и стационированных больных: в 1973 г. в возрасте 65—74 лет было 60% поступивших и 50% госпитализированных больных, а в возрасте 75—84 лет— 30 и 33% соответственно (остальные были в возрасте старше 85 лет). В то время как число больных старческого возраста, поступивших в психиатрические больницы в 1968—1973 гг., значительно снизилось, в 1973 г. поступило 18 тыс. человек этого возраста в другие психиатрические учреждения, в том числе 8700 (1968 г.— 1200) во внебольничные учреждения (outpatient psychiatric clinics), 5100 человек — в психиатрические отделения общих больниц и 3300 — в специальные больницы для срочного и кратковременного лечения.
Заметное снижение числа психически больных старческого возраста, поступающих в психиатрические больницы, объясняется, таким образом, их усиленным переводом или помещением в другие учреждения и в дома для инвалидов, престарелых (nursing homes) и т. п., а также по мнению ряда американских психиатров, ограничением приема гериатрических больных в психиатрические больницы. По последним данным, около 55% лиц, находящихся в США в так называемых nursing homes (186 тыс. чел.), составляют хронические психически больные старческого возраста2.
В противоположность американским данным, сведения, опубликованные в литературе некоторых европейских стран, говорят о продолжающемся росте числа госпитализированных психически больных старческого возраста. По Е. Brooke (1965, 1967), например, 39% психически больных (27% мужчин и 48% женщин), находящихся в больницах Великобритании, были в возрасте старше 65 лет; в 1954 г. соответствующие цифры равнялись 22 и 36%. Значительное увеличение числа госпитализированных больных старческого возраста видно и из другой английской публикации (East Anglian Regional Hospital Board, 1971): больные в возрасте старше 65 лет составили в 1954 г. 34,2%, в 1959 г.— 37,5% и в 1969 г.— 47,1%. В шведских психиатрических больницах процент больных в возрасте старше 60 лет равнялся в 1931— 1935 гг. 9,5, в 1941—1945 гг,— 16,1 и в 1955 г.—21,1. Такая же динамика убедительно показана в работах Stromgren (1963, 1964): из больных, находящихся в датских психиатрических больницах, старше 65 лет в 1957 г. было 29% больных, а в 1962 г.— 34,4%; для 1970 г. Stromgren установил их предполагаемый удельный, вес 42,4% (в более позднем сообщении эта цифра оказалась выше). Nistri и Barucci (1959) дали примерно такой же
прогноз относительно возрастного состава больных, госпитализированных в итальянские больницы. По Juel- Nielsen и Stromgren (1963), процент больных старше 65 лет возрос в больницах Копенгагена от 27,9 в 1957 г. до 49,8 в 1962 г. Такая же динамика видна из публикаций ФРГ. По данным Schimmelpenning (1967), 35,4% больных, поступивших в 1965 г. в психиатрические больницы земли Вестфален, и 37% находящихся в них больных были старше 60 лет.
Цифровые данные, которыми мы располагаем в отношении динамики возрастного состава больных, поступающих в психиатрические больницы и диспансеры СССР и находящихся в них, показывают, что процесс постарения контингентов психически больных и длительного стационирования больных старческого возраста происходит в нашей стране медленнее, чем во многих зарубежных странах. Объясняется это, по-видимому, и широкими возможностями диспансерного обслуживания психически больных, в том числе больных поздних возрастных групп, и наличием значительного коечного фонда в учреждениях Министерства социального обеспечения.
Среди больных, поступивших в I Московскую клиническую психиатрическую Больницу им. Π. П. Кащенко, в 1940 г. старше 50 лет было 12,3% мужчин и 15,7% женщин, в 1950 г.— 21,4 и 29% соответственно. В 1967— 1968 г. все поступающие больные в этом возрасте составили 25,5—26,7%, а в 1971—1973 г. процент поступающих больных в возрасте старше 50 лет был даже несколько ниже и стабильнее (24—24,6%). Удельный вес поступлений больных в возрасте 60 лет и старше в 1967—1973 гг. мало изменился (11,4—12,3% от общего числа поступлений). Однако в абсолютных цифрах отмечалась тенденция к росту поступлений пожилых больных, в частности больных сенильно-атрофическими процессами (от 217— 257 в 1964—1966 гг. до 309—329 человек в 1972— 1973 гг.), при одновременном уменьшении числа поступлений по поводу психических нарушений сосудистого генеза (в 1965 г.— 655 человек, в 1968 г.— 511, в 1972 г.— 438 и в 1973 г.— 410 человек). Распределение больных поздних возрастных групп по полу резко отличалось от распределения во всей популяции больных и напоминало соотношение между мужчинами и женщинами в общем населении: на 1 января 1962 г. 36,6% больных, находящихся в больницах, было старше 50 лет (44,3% женщин и 22,2% мужчин), на 1 января 1963 г.— 45,2% женщин и 21,7% мужчин; в возрастной группе 60 лет и старше разница между числом больных женщин и мужчин была еще более выражена — 23,9% и 10% — в 1959 г. и 27,6% и 10,4% — в 1960 г.
Некоторые данные указывают на постарение контингентов больных с определенными формами заболевания. В 1952 г., например, 15,2% больных, поступивших в Больницу им. Π. П. Кащенко по поводу шизофрении, были в возрасте 50 лет и старше, а в 1967 г.— 20,4% и в 1968 г.— 20,6%; примерно на таком же уровне (21,5— 21,7%) держался и удельный вес больных шизофренией, поступивших в больницу в возрасте старше 50 лет в 1970—1973 гг. Относительно стабильным оказался и процент больных шизофренией, поступивших в 1970— 1973 гг. в возрасте старше 60 лет, — 8,5—9,2% всех поступлений по поводу этого заболевания. Косвенным указанием на постарение контингентов больных являются следующие данные: среди больных старческим слабоумием, умерших в больнице, процент лиц в возрасте старше 70 лет составил в 1970—1973 гг. 75—88,9, а среди больных церебральным атеросклерозом — 51,2—60. Приведенные выборочные цифровые данные, касающиеся Москвы, в которой, по данным переписей населения 1939, 1959 и 1970 гг., процесс постарения населения особенно выражен, показывают, таким образом, что благодаря названным выше организационным особенностям советской психоневрологической помощи (диспансеры, интернаты) изменения возрастной структуры больных в психиатрических больницах менее выражены, чем в ряде зарубежных стран.                   
Что же касается возрастного состава психически больных, зарегистрированных в психиатрических диспансерах Москвы, приведем следующие данные по диспансеру № 2: лица в возрасте 60 лет и старше составили 12,3% от общего числа больных, состоящих на учете диспансера на 1 января 1971 г., а среди вновь взятых на учет в 1973 г. 4,4% больных были старше 60 лет.
По мнению преобладающего большинства исследователей, причины описанных изменений в возрастном составе психически больных (в результате которых гериатрический вопрос превратился в одну из центральных научных и практических проблем современной психиатрии) множественны и разнообразны. Прежде всего усиленному поступлению пожилых больных в психиатрические учреждения способствуют некоторые факторы. К ним относятся происходившие в последние десятилетия социальные сдвиги и изменения в структуре семьи, вызванные наблюдающимся во всем мире процессом индустриализации и связанным с ним переходом значительной части населения из деревни в город; распад старой, состоящей из трех и больше поколений патриархальной семьи и рост занятых на производстве членов семьи, которые могли бы ухаживать за больными стариками. К факторам, способствующим поступлению в стационары пожилых психически больных, относятся, кроме того, происходившие в последние десятилетия коренные изменения в организации психоневрологической помощи, в том числе создание диспансеров и разных видов внебольничной помощи, что содействует более полному охвату различных, и среди них возрастных, форм психических заболеваний и способствует созданию более положительного отношения к психиатрическим учреждениям со стороны здорового населения и больных.
Однако, по единодушному мнению исследователей, главное значение для количественного роста психически больных позднего возраста имеют изменения в возрастной структуре общего населения, т. е. относительное увеличение удельного веса лиц старших возрастных групп. Этот общий процесс постепенного «постарения» населения представляет собой итог различных демографических процессов, в том числе снижения рождаемости, общей и, в частности, детской смертности, и удлинения средней продолжительности жизни. Как показывает клинический опыт, этот характерный для нашей эпохи демографический сдвиг в значительной степени распространяется также на популяцию психически больных.
Хотя многочисленные наблюдения и свидетельствуют о том, что процесс постарения распространяется также на популяцию психически больных в целом, некоторые более частные аспекты этого вопроса еще недостаточно изучены. Не выяснен, в частности, вопрос о том, насколько в отношении отдельных форм заболевания процесс постарения бывает различным. В нашей клинике проведено исследование больных шизофренией в возрасте 60 лет и старше, находящихся на учете в одном из психиатрических диспансеров Москвы. В результате установлено, что в процентном отношении эта популяция старых больных занимает среди всех больных шизофренией примерно такое же место, как лица этого возраста в общем населении тех же районов города, и даже несколько превышает их удельный вес. Но в то же время выяснилось, что распределение старых больных шизофренией по возрастным группам отличается от возрастной структуры общего населения: в возрастных группах старше 70, 75 лет число больных шизофренией убывает быстрее. Больных-долгожителей, например, в этой популяции не оказалось.
В то же время, в единственной доступной нам работе, посвященной проблеме долгожительства психически больных (Gross, 1971), содержатся противоположные данные. Во всех группах больных (катамнестическое изучение по программе психиатрической клиники в Лозанне) долгожители обнаруживались главным образом среди больных шизофренией и психопатов. Среди больных алкоголизмом, эпилепсией и органическими заболеваниями их число было достоверно заниженным.
В качестве иллюстрации столь важных для психиатрии позднего возраста положений, относящихся к современным демографическим процессам, приводим некоторые выборочные цифровые данные.
При обсуждении вопроса об увеличении количества психически больных позднего возраста следует прежде всего напомнить о характерном для нашего времени быстром росте численности населения в целом. В настоящее время этот рост достигает около 2% в год, что примерно в течение 35 лет приводит к удвоению населения мира1.
Снижение рождаемости — одна из важных причин относительного постарения населения — отмечалось в течение последних десятилетий во многих развитых странах 3.  Однако примерно с 1970 г. во многих социалистических странах и, в частности, в СССР наблюдается новый подъем рождаемости. Это явление будет иметь значение для замедления процесса постарения населения, т. е. может привести к снижению процента поздних возрастных групп в общей возрастной структуре населения, не влияя, однако, на увеличение абсолютной численности пожилых и старых людей.
Существенное влияние на рост удельного веса лиц поздних возрастных групп в населении имеет, естественно, снижение общей и детской смертности и тесно с этим связанное увеличение средней продолжительности жизни. В СССР достигнуто значительное снижение смертности во всех возрастных группах.
Коэффициент смертности (число умерших на 1000 человек населения) равнялся, например, в возрастной группе до 4 лет в 1896 г. 133, в 1926 г. 78,9, в 1958—1959 гг. 11,9 и в 1963—1964 гг. 7,8; в эти же годы коэффициент смертности снижался в группе лиц от 60 до 64 лет: 34,5; 24,7; 17,1; 17,1; в возрастной группе 65—69 лет: 61,6; 36,5; 25,2; 24,1 и в группе 70 лет и старше: 89; 79,5; 63,8; 63,6. В связи со снижением смертности доживали до 60 лет из 100 000: в 1964—1965 гг. 71,9 тыс. мужчин и 84,8 тыс. женщин, а в 1896—1897 гг. соответственно 24,4 и 30,7 тыс. Из 100 человек, доживших до 60 лет, достигли возраста 80 лет в 1896—1897 гг. 24 человека, а в 1964—1965 годах — 48. Для мужчин после 60 лет средняя продолжительность жизни равнялась в 1900 г. (Европейская часть России) — 14,2 годам, а для женщин — 14,6 годам; в 1960 г. в СССР соответствующие цифры равнялись 17 и 20,6 годам. По Lauter (1974), в ФРГ средняя продолжительность жизни для лиц, достигших возраста 65 лет, — составляла 12—15 лет.
С начала XX века наблюдается, как известно, заметное увеличение средней продолжительности жизни населения, которое приобрело значительный размер также и в СССР. Удлинение человеческой жизни касается при этом в большей степени женщин. В СССР средняя продолжительность жизни увеличилась за 1900—1960 гг. для мужчин с 31 года до 65 лет и для женщин с 33 до 73 лет. Средняя продолжительность жизни, таким образом, в большинстве развитых стран в течение нашего века удвоилась. Этот процесс более выражен у женщин, что сказывается на составе гериатрических больных в психиатрических больницах4.
Обусловленный этими демографическими сдвигами, процесс постарения населения происходит в мире, как известно, неравномерно, вследствие чего различают «старые» и «молодые» страны, страны с медленно и ускоренно развивающимся постарением.
Лица в возрасте 65 лет и старше составили, например, во Франции (1965) 12,5%, в Швеции (1966) — 12,9%, в Великобритании (1966) — 12,3%, а в Египте (I960)—только 3,5%, в Индии (1961)—2,8% и в Мексике (1967)—3,3%.
Наиболее выражен этот процесс в экономически развитых странах, в том числе в СССР. По данным переписи населения 1939 г., в СССР насчитывалось 13 млн. человек в возрасте 60 лет и старше (6,8% от общего числа населения), в 1959 г.—19,7 млн. (9,8%), а в 1970 г.— 28,5 млн. (11,8%).
Вряд лй может вызывать сомнение, что основное значение для наблюдающегося роста числа гериатрических больных имеют описанные выше изменения в возрастном составе населения. Следовательно, количество психически больных позднего возраста увеличивается главным образом потому, что увеличивается число лиц этого возраста в общей массе населения. Но до сих пор дискуссионными и нерешенными остаются следующие, весьма существенные для геронтопсихиатрии, вопросы: 1) проблема истинного роста заболеваемости психическими расстройствами позднего возраста; 2) вопрос о диагностическом составе увеличивающихся в своей численности психически больных, находящихся в позднем возрасте; 3) вопрос об истинной распространенности психических болезней в поздних возрастных группах населения.
В отношении вопроса о возможном истинном росте заболеваемости психозами позднего возраста мнения исследователей расходятся. В пользу этого предположения приводились данные (Panse, 1958), показывающие, что увеличение численности гериатрических больных в 4 раза превышает количественный рост соответствующих возрастных групп в населении. Malzberg (1963) утверждал, что в США наблюдается истинный рост заболеваемости артериосклеротическими и сенильными психозами. Увеличение заболеваемости психическими расстройствами сосудистого генеза в настоящее время не может быть исключено, хотя и не является доказанным. Что же касается сенильно-атрофических процессов, то убедительные исследования скандинавских авторов (Larsson, 1968; Nielsen, 1968) показали, что рост Поступлений больными стационары по поводу этих заболеваний связан только с изменениями количества и состава населения, а риск заболеваемости атрофическими процессами — с календарными годами не меняется. Большинство психиатров, работающих в области геронтопсихиатрии, опираясь на достаточно веские доводы, считают, что рост количества психически больных позднего возраста объясняется теми демографическими и социальными процессами, о которых шла речь выше. Однако вопрос этот еще далек от своего окончательного решения, тем более что сравнительные исследования отсутствуют.
Значительные разногласия, которые встречаются также в отношении второго вопроса (об относительной частоте отдельных форм заболеваний среди психических расстройств позднего возраста), обусловлены двумя факторами: различным характером изученных контингентов больных и значительными различиями применявшихся диагностических критериев. Вряд ли требуются доказательства, что данные, полученные в отношении больных различных стационарных психиатрических учреждений, амбулаторных больных или тем более пациентов, обслуживаемых частнопрактикующими врачами, по сути дела несопоставимы. Преобладающее большинство публикаций, относящихся к этому вопросу, построено на анализе сугубо выборочного материала. Сплошное (клинико-эпидемиологическое) исследование больных в возрасте 60 лет и старше, зарегистрированных в одном из психиатрических диспансеров Москвы, проводилось сотрудниками нашей клиники в 1971—1973 гг. Результаты этого исследования, касающиеся распространенности отдельных клинических форм в изученной популяции, в настоящее время готовятся к публикации (М. Г. Щирина, 1975).
Исследование психически больных старческого возраста вскрыло большие трудности, которые встречаются при изучении относительной частоты и распространенности психических болезней позднего возраста (даже в оптимальных условиях использования диспансерного материала). Как показали выборочные исследования, некоторые формы психических расстройств позднего возраста недостаточно или совсем не охватываются диспансерным учетом (нерезко выраженные непсихотические сосудистые заболевания, легкие депрессии и т. п.).
В какой степени сведения, опубликованные авторами разных стран относительно частоты отдельных клонических форм у находящихся в Позднем возрасте госпитализированных больных, зависят от диагностической практики и местных условий, могут показать следующие выборочные примеры. По Loewenthal (1967), из 543 больных старческого возраста, поступивших в психиатрические больницы Сан-Франциско, только 15% страдали органическими процессами; Malzberg (1963) среди 6219 больных, впервые поступивших в больницы штата Нью-Йорк, около 84% были больны органическими психозами (44,5% — артериосклеротическим и 39,4% — сенильным). Среди 1000 гериатрических больных, изученных Sjgren (1956), обе эти формы составили только 8 и 13% соответственно, а в материале Roth (1950, 1955) из 450 больных 8% были отнесены к числу больных с сосудистыми заболеваниями. В работах английских авторов сообщается о высоком проценте аффективных психозов среди психических расстройств позднего возраста: по данным Roth и соавт. (1952), — 50%, по данным Herbert, Jacobson (1966), — 52%, а среди 1000 больных Sjogren (1956) аффективные психозы составили только 25%. Правда, в более поздней работе (1964), построенной па анализе 1250 поступлений больных в стационар по поводу психических болезней позднего возраста, Sjogren выделил группу аффективных и невротических расстройств, составляющую 36%. Особое внимание заслуживают совпадающие и с нашим опытом наблюдения Stromgren (1963), показавшие, что шизофренические заболевания занимают среди контингентов больных значительное место.
По данным Stromgren, даже в возрастной группе от 65 до 69 лет больные шизофренией составляют большой процент: 63,2 мужчин и 64,7 женщин, а среди госпитализированных больных в возрасте от 70 до 74 лет — 50,7 и 54,8% соответственно; только в возрасте старше 80 лет органические заболевания у больных выступают на первое место (65% у мужчин и 55% у женщин). Преобладание больных шизофренией среди госпитализированных больных старческого возраста отметил и Goldfarb.
В психиатрические больницы штата Нью-Йорк в 1973 г. поступило 40% больных с «заболеваниями старости» и 15% с шизофренией, однако среди больных, находящихся в этом году в психиатрических больницах, шизофрения занимала 50%, а возрастные психозы — только 25%.

Кроме 2865 больных старческого возраста, поступивших в 1973 г., контингент гериатрических больных пополнился в этом же году 1055 больными, достигшими в больнице возраста 65 лет; преобладающее большинство этих больных, состарившихся в больнице, страдали шизофренией.
Неполными и недостаточно достоверными являются также сведения, которыми мы в настоящее время располагаем в отношении третьего упомянутого выше вопроса,— об истинной распространенности психических расстройств в поздних возрастных группах населения. Попытки изучения этого вопроса эпидемиологическим, т. е. единственным адекватным для его решения, методом предпринимались до сих пор только редко и в ограниченном объеме. Из этой группы работ необходимо выделить проведенное Kay, Beamish, Roth (1964) сплошное исследование лиц в возрасте старше 65 лет, проживающих в пяти небольших избирательных участках Ньюкасла (Великобритания). При этом оказалось, что примерно 10% лиц, проживающих в домашних условиях и никогда не госпитализированных, страдали сосудистой или сенильной деменцией (в половине случаев — тяжелой), а 30% этих лиц — легкими и средней тяжести аффективными и невротическими расстройствами. На основании этого исследования английские авторы пришли к выводу, что около 40% проживающих дома и не учтенных врачами лиц старческого возраста страдают психическими нарушениями и только небольшая часть психически больных, проживающих в этих участках, получают врачебную помощь и находятся в больнице. Авторы в этой связи употребляли образную формулировку, что психические расстройства старости, попавшие в поле зрения психиатра, представляют собой как бы «видимую часть айсберга», основная часть которого находится «под водой», т. е. вне поля наблюдения, и в своей величине может быть определена только с помощью сплошного обследования населения (field investigations). На основании обследования жителей одного жилого района Нью- Йорка, Fish, Goldfarb и сотр. (1968) подтвердили тот факт, что многие больные старческого возраста, страдающие хроническим мозговым синдромом, т. е. органическими заболеваниями позднего возраста, остаются вне поля зрения психиатра. Parsons, (1965), который обследовал 228 жителей в возрасте старше 65 лет в графстве Swansea, обнаружил 4,4% дементных и 7% психотических больных, проживающих дома и не известных врачам5. Из 600 жителей в возрасте старше 60 лет, исследованных Loewenthal (1967) в Сан-Франциско, 15% страдали психическими нарушениями легкой и средней степени, а исследование 994 жителей в возрасте старше 65 лет на острове Самсё, проведенное Nielsen (1962), выявило 37% больных, страдающих различными психическими расстройствами.
При оценке этих и ряда других опубликованных в литературе цифровых данных следует, однако, учесть, что, во-первых, в общие цифры распространенности психических болезней разными авторами в различном объеме включаются также и непсихотические (невротические, психопатические и т. п.) расстройства, а во-вторых, далеко не все обследованные группы могут считаться репрезентативными и далеко не все исследования в методологическом отношении правильно проведенными. Все же имеющиеся данные, по мнению Ciompi (1972), дают основание полагать, что примерно 25% лиц старческого возраста (65 лет и старше) страдают теми или другими психическими отклонениями, а третья часть из них, т. е. около 8%, имеют тяжелые формы заболеваний.
Post (1959) полагает, что около 11% лиц старческого возраста в общем населении нуждаются в посторонней помощи в связи с состоянием психического здоровья.
Проведенный анализ современного состояния ряда общих вопросов, которые имеют первостепенное значение для теории и практики геронтологической психиатрии, показывает прежде всего, что наши знания о частоте, распространенности и составе психических расстройств позднего возраста пока еще не очень полные. Достоверными можно считать лишь некоторые общие положения, которые, учитывая их важность; мы здесь еще раз коротко резюмируем.

  1. Значительное, преобразующее облик психиатрических учреждений, увеличение числа поступающих и находящихся в них психически больных позднего возраста является всесторонне установленным фактом. В связи с этим в настоящее время усиливается тенденция к перераспределению этого потока гериатрических больных, к их частичному переводу в интернаты для психохроников, дома для престарелых и т. п.
  2. Можно считать установленным, что наблюдающийся количественный рост психических расстройств позднего возраста вызывается множеством различных по своей природе факторов. Существует прежде всего группа факторов, в которую входят характерные для нашего времени социальные процессы и изменения в организации психиатрической помощи, которые, действуя в одинаковом направлении, способствуют поступлению больных старческого возраста в психиатрические учреждения, т. е. увеличивают и облегчают этот поток. Основная причина количественного роста психически больных поздних возрастных групп заключается, однако, в изменениях возрастной структуры общего населения, в увеличении удельного веса лиц позднего возраста в общей массе населения.
  3. В настоящее время нет оснований говорить о наличии истинного роста психической заболеваемости среди лиц позднего возраста. Такой рост не может считаться доказанным, хотя в отношении некоторых форм заболеваний, как, например, сосудистых, такая возможность не может быть окончательно исключена.
  4. Относительно удельного веса отдельных форм заболеваний среди психических расстройств позднего возраста пока отсутствуют достоверные данные. Обоснованным, однако, представляется предположение о том, что, вопреки более старым взглядам, так называемые функциональные психозы, рано начавшиеся и продолжающиеся до старости, а также манифестирующие в позднем возрасте, занимают значительное место в общей массе встречающихся в позднем возрасте психических заболеваний.
  5. Эпидемиологические исследования, находящиеся пока только в своей начальной стадии, дают основание предполагать, что только меньшая часть психических расстройств позднего возраста охватывается больничными и внебольничными психиатрическими учреждениями. Выявление численности и разработка клинической характеристики тех психически больных поздних возрастных групп, которые в настоящее время остаются в населении, будут поэтому целью будущих эпидемиологических исследований.

1  Mental Health News, 1974, v. 45, N 10.

2 Необходимость максимальной дифференциации психиатрических учреждений для больных позднего возраста общепризнана. Однако усиливающаяся в последние годы тенденция к освобождению психиатрических больниц от гериатрических больных вызвала серьезные опасения у многих американских психиатров (Donahue, 1969; Butler. 1970; Markson, 1971 и др.). Указывалось в этой связи на повышенную смертность среди больных, переведенных из больниц, и на отсутствие в них возможности активного лечения.

3     Годовые показатели рождаемости на 1000 человек населения снижались, например, с конца прошлого или в первые два десятилетия настоящего века: во Франции — с 32,5 до 18, в Австрии — с 38 до 18,6, в Италии — с 37,8 до 18,9, в СССР (1913—1963 гг.) — с 47 до 21,2 и в Польше — с 33,6 до 19,8 (по данным Η. Н. Сачук, 1966, 1969).

4 Средняя продолжительность жизни в этот же период в Швеции — 51—72 года для мужчин и 54—75 лет для женщин; во Франции — 45—67 лет и 49—74 года соответственно; в Великобритании — 44—68 лет и 48—74 года соответственно; в США — 48—67 лет и 51—73 года соответственно.

5 По данным различных исследователей, у пожилых лиц в возрасте 65 лет и старше снижение умственной деятельности наблюдается в 3—6% случаев.                                



 
« Гематология детского возраста с атласом миелограмм   Герпес »