Начало >> Статьи >> Архивы >> Интоксикационные психозы

Психозы, обусловленные препаратами Cannabis indica - Интоксикационные психозы

Оглавление
Интоксикационные психозы
Белая горячка
Клиническая картина белой горячки
Клинические варианты белой горячки
Алкогольный делирий
Течение белой горячки
Дифференциальный диагноз белой горячки
Эпидемиология и прогноз белой горячки
Патологическая морфология белой горячки
Лечение белой горячки
Острый алкогольный галлюциноз
Клиническая картина острого алкогольного галлюциноза
Абортивный вариант острого алкогольного галлюциноза
Острый алкогольный галлюциноз с псевдошизофренной симптоматикой
Подострый алкогольный галлюциноз
Дифференциальный диагноз и лечение острого алкогольного галлюциноза
Хронический алкогольный галлюциноз
Хронический алкогольный галлюциноз без бреда
Хронический алкогольный галлюциноз с бредоподобным включением
Параноидный вариант хронического алкогольного галлюциноза
Рецидивирующий вариант алкогольного галлюциноза
Течение хронического алкогольного галлюциноза
Дифференциальный диагноз хронического алкогольного галлюциноза
Нозологическая сущность хронического алкогольного галлюциноза
Этиопатогенез и лечение алкогольного галлюциноза
Алкогольный параноид
Абортивный вариант алкогольного параноида
Затяжной вариант алкогольного параноида
Этиопатогенез,  диагноз и лечение алкогольного параноида
Корсаковский психоз
Клиническая картина корсаковского психоза
Болезнь Маркиафава—Бигнами
Алкогольный псевдопаралич
Атипичные алкогольные психозы
Алкогольная депрессия
Антабусные психозы
Атропинный психоз
Психоз, обусловленный интоксикацией мухоморами
Мескалиновые психозы
Психозы, обусловленные препаратами Cannabis indica
Лизергиновые психозы
Интоксикация окисью углерода
Акрихиновые психозы
Интоксикация тетраэтилсвинцом
Лечение больных хроническим алкоголизмом

Препараты Cannabis indica получаются из индийской конопли и относятся к группе транквилизаторов-«фантастиков» (Ф. Швец, 1963). Растение произрастает в странах Южной Азии, Африки и др. В терапии почти не применяется; имеет распространение в ряде стран Азии, Америки, Африки в виде экстракта индийской конопли, носящего названия: анаша, банг, марихуана, гашиш, харас, хусус. Принимают Cannabis indica в самой разнообразной форме: жуют, курят или приготовляют из препарата напиток. Основным действующим началом его является желтоватая жидкость, которая содержит ароматический альдегид каннабиол.
Употребление препаратов индийской конопли было известно еще за 500 лет до нашей эры. Геродот писал, что скифы сыпали индийскую коноплю на раскаленные камни, чтобы получить дым, который приводил их в состояние восторженности. Врачам старого и новейшего времени (А. К. Стрелюхин и др.) мы обязаны описаниями состояния опьянения этим препаратом на основании самонаблюдения и наблюдениями над другими. Каннабис действует на центральную нервную систему, вызывая своеобразное опьянение. При курении анаши различают две фазы ее действия: стадию возбуждения и стадию угнетения. Вскоре после приема анаши, спустя 15—30 минут, возникают незначительные головокружение, сухость во рту, глотке и губ. Появляется своеобразный вкус, отдаленно напоминающий вкус камфары. Сухость слизистых оболочек порождает жажду, позже может возникать и чувство голода. Глаза начинают блестеть, пульс учащается, артериальное давление повышается на 10—15 мм рт. ст., температура тела может незначительно повышаться (до 37,3°). Наблюдается повышенный диурез с увеличенным выделением хлористого натрия. Уровень сахара в крови снижается иногда до гипогликемических цифр. Нередко наблюдается лейкоцитоз, в отдельных случаях — эозинофилия; отмечается повышение содержания мочевой кислоты в крови и повышение выделения мочевой кислоты с мочой. Большей частью наблюдается сгущение крови, количество гемоглобина повышается на 25%. Нередко у лиц, длительное время принимавших анашу, возникает ангионейропатия сетчатки, при этом отмечается гиперемия дисков, зрительных нервов, сосуды умеренно извиты.
После приема анаши по телу разливается приятная теплота, ощущаются прилив сил, особая легкость, порывы к деятельности, неожиданно возникают приступы смеха, после которого могут быть паузы с чувством стыда, пустоты, попыток избавиться от действия наркотика. Нередко опьяневшим хочется петь, плясать, поднимать огромные тяжести. Мысли у них бегут, как у маньяка, все быстрее и быстрее, рождаясь и исчезая вне всякой ассоциативной связи. Значительно выражено речевое возбуждение. Такие лица говорят с аффектацией, доходя до иступления, и удивляются, что другие не разделяют их настроения. Фантазия не знает никаких пределов, все переживания, все эмоции гипертрофируются. Самолюбие взвинчивается до крайних пределов, чувства времени и пространства извращаются и почти всегда нарушены. Возникают яркие иллюзии, все окружающее принимает яркую окраску. Весьма причудливы зрительные иллюзии: например, идущему по лестнице кажется, что она простирается очень высоко; выкуриваемая папироса кажется непомерно больших размеров, маленький ручеек — бурной рекой и т. п. Извращается слух: самый ничтожный шум воспринимается как грохот водопровода, простой аккорд — как божественная музыка и т. п. Память нарушается мало. Однако это состояние длится недолго и постепенно вытесняется чувством страха, ощущением нереальности испытываемых переживаний: собственное тело кажется чем-то посторонним. Способность объединить восприятие в одно целое нарушается. Возникает своеобразное ощущение нереальной действительности. Лица людей кажутся неподвижными, как у мертвецов. Сложные восприятия карикатурно искажаются. Наплыв мыслей сменяется общей растерянностью, сопровождаемой страхом сойти с ума. Опьяневший анашой то как бы протрезвляется, то вновь погружается в иллюзорные переживания. У некоторых лиц могут возникать нестойкие бредовые идеи преследования. Постепенно состояние опьянения нарастает, тело холодеет, покрывается потом. Возникают головная боль, беспокойство, усиленное сердцебиение. Наступает сильная слабость, наконец, опьяневшие погружаются в глубокий, тяжелый сон.
Длительное злоупотребление Cannabis indica вызывает то острые, то затяжные психозы. Острые психозы протекают преимущественно по типу делирия. У больных нарушается сознание, которое в большинстве случаев бывает спутанным. Возникают в основном слуховые и в меньшей степени зрительные галлюцинации. Появляются страх, тревога, нередко выражены бредовые идеи преследования, отравления. Заболевание длится от нескольких дней до нескольких недель. В ряде случаев отмечаются остро протекающие приступы сумеречного состояния сознания с моторным возбуждением, которые напоминают в известной мере сумеречные состояния сознания при эпилепсии. Затяжные психозы имеют шизофреноподобную окраску: отмечаются бредовые идеи отношения, разорванность мышления, кататоноподобные состояния, потеря импульса к труду, некоторое эмоциональное потускнение. Однако эти затяжные психозы, которые могут длиться несколько месяцев и даже годы, особенно когда они возникли у лиц молодого возраста, обнаруживают свою экзогенную природу в начальном периоде заболевания в делириозных чертах, хотя в дальнейшем и принимают шизофреноподобную окраску.
На основании лишь одной клинической картины очень трудно отличать хронический гашишный психоз от шизофрении (А. А. Абаскулиев). Это и привело к тому, что некоторые авторы (Д. К. Казиева, 1967) считают, что гашиш как нейротропный токсин в одних случаях служит лишь провоцирующим фактором, в других, включаясь в сложную патологическую цепь, способствует развитию шизофрении. Так, например, из 550 больных с различной давностью хронической интоксикации гашишем, у 321 больного (т. е. примерно у 59%) Д. К. Казиева нашла шизофренический процесс. Вполне естественно, что эти данные внушают большое сомнение в смысле правильности диагностики. Мы уже отмечали, что инфекции, интоксикации, травмы и др. могут поражать одни и те же функции и структуры, что и шизофрения, и давать сходную симптоматику. Основным же критерием для правильного диагноза является фон, на котором появляется шизофреноподобная симптоматика, а также то, из какого заболевания она первично возникает, тенденция к регрессу — обратному развитию симптомов после прекращения интоксикации гашишем. В качестве иллюстрации приводим наблюдение.
Больной М., 1950 г. рождения, наследственность не отягощена. Рос и  развивался нормально. Окончил 7 классов. Злоупотребляет анашой выкуривая в день до 10 папирос, в которых содержится около 5 г экстракта индийской конопли.
Физическое состояние. Больной выше среднего роста, удовлетворительного питания. Внутренне органы без особой патологии. Отмечается асимметрия глазных щелей: С больше D. Зрачки равномерны, реакция на свет сохранена. Наблюдается мелкоразмашистый нистагм при взгляде в сторону, умеренная гипермия дисков зрительных нервов, сосуды умеренно извиты (ангионейропатия сетчатки). Носогубные складки асимметричны. Сухожильные рефлексы живые. Находясь дома, больной вел себя неправильно. Родной сестре заявлял, что она подставное лицо -и ей не 12 лет, а 18. Был многословен, стремился привлечь к себе внимание окружающих, пел, беспричинно смеялся; просил отвести его в церковь, где рассказал священнику, что он наркоман, употребляет анашу. Священник водил его ко всем иконам, которые больной целовал, крестился, просил простить его грехи. Придя из церкви, завел патефон и до хрипоты пел. Требовал денег на наркотики, угрожал, что если ему их не дадут, то он перебьет все. В состоянии опьянения анашей был возбужден, агрессивен, вел себя неправильно, однажды был арестован на 15 суток. Производил странное впечатление. После драки с отцом говорил, что он собирал грибы, что будет великим певцом. Уходя из дому, говорил: «Вы все мне здесь чужие, я не могу здесь находиться».
Психическое состояние. Сознание ясное, хотя временами кратковременно бывает затемнено. Больной то злобно раздражителен, критикует «порядки в больнице», требует выписки, заявляя, что он здоров, то нелепо дурашлив, многоречив, говорит не по существу. Его неправильное поведение коррекции не поддается. Больной игнорирует замечания -персонала. Бесцельно бродит по отделению. Говорит громко. Оказывает резкое сопротивление при проведении необходимых лечебных процедур. На другой день начал плакать, говорить, что он умирает. Испытывал чувство раздвоенности («я» это не «я»). Отмечалось нарушение схемы тела, говорил, что у него «руки длинные не свои, ноги не свои, что он, как труп». Казался себе измененным, отдавало «жаром и потом», в голове было пусто, «перед глазами волны». Иногда вежлив, спокоен, обещает хорошо себя вести и вскоре забывает свои обещания. Временами манерен. Заявляет, что Из его «внутренности слышится голос какого-то незнакомого человека», «я его не вижу, а голос идет». Слышит этот голос приглушенным «как его мысли». Голос говорит: «ты не кури анашу». «тебе будет плохо» и т. д. Говоря это, больной тут же заявляет: «я ничего не слышу, все это выдумки». В больницу он поступил только для того, чтобы успокоить мать. Критика к своему состоянию отсутствует. Поведение то спокойное, упорядоченное, то дурашлив, нелеп, манерен, то высказывает идеи величия — говорит больным, что он будет большим певцом, полковником и т. п.
Постепенно состояние больного улучшилось, и спустя 2 месяца он был выписан из больницы в удовлетворительном состоянии.
Из приведенного примера видно, что у больного отмечалась переходность синдромов: на первый план выступали то галлюцинаторно-бредовые явления, то психосенсорные нарушения, то шизофреноподобные симптомы — дурашливость, нелепое поведение, неадекватный смех, которые сменялись спокойным, упорядоченным поведением без проявления каких-либо психопатологических симптомов. До злоупотребления анашой больной был совершенно здоров. Заболевание возникло спустя 2 года после массивной систематической интоксикации анашой. Принадлежность этого психопатологического состояния к психозам, обусловленным интоксикацией анашой, не вызывает сомнения.
К. В. Маслов и А. К. Стрелюхин (1937), Ф. Ф. Детенгоф (1958) справедливо замечали, что психопатологические явления при остром отравлении анашой напоминают иногда острые вспышки шизофренического психоза, а на фоне хронической интоксикации анашой развиваются в ряде случаев психотические вспышки параноидного характера, весьма напоминающие собой параноидную форму шизофрении или «ползучую шизофрению». К. В. Маслов и А. К. Стрелюхин правильно указывают, что понятие шизофрении в последнее время необычно расширилось и приобрело значение «котла», в который сваливается целый ряд психических заболеваний, нередко имеющих лишь только внешнее сходство с шизофренией. Они под черкивают необходимость расчленения этой обширной группы, так как целый ряд экзогенных вредностей может вызывать шизофренные синдромы.
Мы наблюдали ряд случаев, когда на почве хронической интоксикации каннабис психозы имели очень большое сходство с шизофренией. По-видимому, каннабис является одним из тех препаратов, которые вызывают сходную с шизофренией симптоматику. Несомненно, что интоксикация каннабис может также провоцировать, обострять течение шизофренического процесса в тех случаях, когда злоупотребление ею возникло в периоде ремиссии шизофрении или же когда шизофрения протекала мягко. В этих случаях интоксикация каннабис накладывает на шизофренный процесс свой отпечаток — присоединяются некоторые новые симптомы в виде галлюцинаторно-параноидных включений, психосенсорных нарушений, а иногда и делириозных картин. Некоторые известные фармакологи (Ф. Швец, 1963) считают, что хроническое применение каннабис вызывает тяжелые психические и соматические расстройства и слабоумие. Здесь речь, видимо, должна идти лишь о своеобразном слабоумии, которое напоминает собой дементную форму прогрессивного паралича, о чем в свое время писал А. К. Стрелюхин.
Психозы, обусловленные препаратами каннабис, то протекают остро, то, в большинстве случаев, имеют тенденцию к затяжному хроническому течению. Обычно после отнятия каннабис большинство симптомов претерпевают обратное развитие. Прогноз при гашишных психозах следует делать с большой осторожностью, ибо иногда даже после лишения больных препаратов Cannabis indica длительное время продолжают     отмечаться         некоторые психопатологические симптомы, которые нарушают трудоспособность больных. В ряде случаев спустя 1—3 месяца психопатологическая симптоматика исчезает. Абстиненция при токсикомании каннабис выражена незначительно и проявляется в виде расстройства сна, плохого самочувствия, разбитости, вялости, «пустоты в грудной клетке», неприятных ощущений в области сердца и др.

Лечение.

Для купирования абстиненции применяют нейротропные препараты — триоксазин, элениум, валиум. Аминазин и производные фенотиазинового ряда ослабляют, а отчасти и устраняют психопатологическую симптоматику, обусловленную Cannabis indica. При лечении психозов, вызванных каннабис, наряду с аминазином назначают в лечебных дозах витамины  группы В, никотиновую и аскорбиновую кислоты. Вполне естественно, что больные должны получать после выписки из стационара дальнейшее поддерживающее лечение аминазином или стелазином. Большое внимание должно быть уделено психотерапии и последующему трудоустройству больных.



 
« Интенсивная инсулинотерапия снижает смертность после инфаркта миокарда   Инфекции и новообразования в женских половых органах у детей »