Начало >> Статьи >> Архивы >> Рефлексотерапия при заболеваниях нервной системы сосудистого генеза

О механизмах рефлексотерапии - Рефлексотерапия при заболеваниях нервной системы сосудистого генеза

Оглавление
Рефлексотерапия при заболеваниях нервной системы сосудистого генеза
О механизмах рефлексотерапии
Воздействие рефлексотерапии на слуховой анализатор
Механизмы и сущность рефлексотерапии
Методы рефлексотерапии
О выборе акупунктурных точек и принципах сочетания терапевтических воздействий
Особенности рефлексотерапии при заболеваниях нервной системы сосудистого генеза
Рефлексотерапия при атеросклеротической энцефалопатии
Иглоукалывание
Электропунктура
Методика пальцевого массажа и втирание в точки слабораздражающих мазей
Микроэлектрофорез и другие методы
Рефлексотерапия при неврологических синдромах гипертонической болезни
Рефлексотерапия при нейроциркуляторной дистонии
Рефлексотерапия при инсультах
Рефлексотерапия мигрени
Рефлексотерапия при обмороках
Рефлексотерапия при миелопатиях сосудистого генеза
Рефлексотерапия при нейропатиях сосудистого генеза
Приложения, список литературы

Многовековая практика доказывает возможность получения лечебного эффекта при многих заболеваниях путем воздействия на ограниченные участки (точки) поверхности тела. Вместе с тем, механизм получения такого эффекта и поныне до конца не выяснен.
Теории, с помощью которых пытались и пытаются объяснить терапевтический эффект воздействия на точки поверхности тела (Чжень-цзю-терапия, акупунктура, рефлексотерапия), подробно изложены в многочисленных современных руководствах, посвященных данному лечебному методу. Поэтому здесь мы отметим лишь основные принципиальные их положения. В частности, укажем на то обстоятельство, что, несмотря на неприемлемость древних трактовок, терминов, понятий, многие фактические данные, положенные в основу упомянутых теорий, могут считаться достоверными, поскольку постоянно подтверждаются практикой.
Лечебный эффект при рефлексотерапии зависит от места, на которое оказывается воздействие. Данное явление лежит в основе деления поверхности тела на множество регионов (точек) в зависимости от особенностей воздействия на эти регионы.
Установлена также возможность суммации эффекта от воздействия на различные регионы. Характер этой суммации зависит от взаимоотношений между регионами, что нашло отражение в древнем учении о «каналах» (меридианах), необходимости сочетания точек, руководствуясь определенными правилами (образно названными «мать — сын», «муж — жена»). Особенности эффектов и их суммации зависят от состояния организма, в частности, от изменений, вызванных в нем патологическим процессом, влиянием на него внешней среды (последнее нашло отражение в древнем правиле «полдень-полночь»),
В основе терапевтического эффекта воздействия на точки акупунктуры лежат рефлекторные реакции, подчиняющиеся нейродинамическим законам. При этом немалую роль, видимо, играет коррекция нейродинамики, нарушенной патологическим процессом. На этом очень важном, с нашей точки зрения, обстоятельстве мы еще остановимся. Пока лишь отметим тот момент, что в отличие от ряда других рефлексов, достигаемых воздействием на различные отделы поверхности тела, реакции, специфические для акупунктурных воздействий, непостоянны и, как правило, отчетливо проявляются лишь в условиях патологии.

Значительная вариабельность эффектов воздействия на точки акупунктуры заставляет критически относиться к канонам, изложенным в древних трудах по рефлексотерапии, порождает разногласия в высказываниях современных исследователей данного вопроса. Одни авторы вообще отрицают значение для лечебной практики меридианов (каналов) и связанных с представлением об их существовании правил отбора точек (Чжу Лянь, 1959, и др.). другие, напротив, настаивают на признании роли меридианных связей в акупунктурных эффектах. О сущности происхождения меридианов высказывают различные точки зрения. В. М. Инюшин и соавторы (1973) предполагают биоплазменную природу каналов. В. Г. Вогралик (1961) и Р. Тиуе (1956) утверждают, что каналы (меридианы) не что иное, как нервные проводники, идущие в покровах тела, оплетающие сосуды, располагающиеся вдоль мышц и отдающие ветви к акупунктурным точкам и внутренним органам. В то же время при анатомо-гистологических исследованиях не обнаружен какой бы то ни был специфический субстрат меридианов (Г. Д. Новинский, 1960; Ф. Г. Портнов, 1980). Да и для самих точек акупунктуры, существование которых признают все исследователи, работающие в области рефлексотерапии, не установлен такой морфологический субстрат, который достаточно полно объяснил бы их свойства.
Трудности обоснования клинических данных результатами морфологических исследований привели к тому, что некоторые авторы пытаются объяснить терапевтический эффект акупунктуры не столько рефлекторными механизмами, сколько различными биофизическими и биохимическими процессами, происходящими в организме при акупунктурных воздействиях. Так, существуют теории, согласно которым иглы, введенные в точку акупунктуры, являются антеннами, воспринимающими волны определенной частоты, оказывающими нормализующее влияние на биофизические характеристики органов и тканей. Некоторые авторы пытаются объяснить эффект иглоукалывания гальваническими явлениями. Согласно ионохимической теории, в результате иглоукалывания восстанавливается ионное равновесие, нарушенное патологическим процессом. Многие исследователи подчеркивают значение разрушения тканей, происходящего при введении игл: при этом неизбежно образуются гистамин, биогенные стимуляторы, которые способны оказывать влияние на состояние больного.

Подчеркивается важная роль эндорфинов, выделяющихся при акупунктурных воздействиях. Предпринята также попытка создать физическую модель электротермического механизма действия иглоукалывания и прижигания, и им объяснить терапевтический эффект (Л. П. Ромоданов, Г. Б. Богданов, Д. С. Ляшенко, 1984).
На основании анализа результатов собственных исследований (Е. Н. Панченко, 1986) мы пришли к выводу, что активные акупунктурные точки — это ничто иное как удобные но своим топографическим и функциональным особенностям места входа в патологические нейродинамические системы или антисистемы (детерминантные структуры, по Г. Н. Крыжановскому, 1980).
Согласно концепции Г. Н. Крыжановского (1980), при многих заболеваниях возникают своеобразные нейродинамические системы, поддерживающие патологический процесс. Формирование этих систем происходит под влиянием так называемой детерминанты, нейрофизиологическую основу которой составляет генератор патологически усиленного возбуждения. Ослабление детерминанты может привести к распаду всей патологической системы и ликвидации соответствующего клинического синдрома. Детерминанта активизируется стимуляцией лишь определенной модальности, специфической для данной патологической системы. В связи с этим вход в детерминантные структуры ограничен. Примером такого входа являются афферентные поля при болевых синдромах, двигательных нарушениях, получивших название триггерных зон. К числу этих зон-входов, на наш взгляд, в ряде случаев должны быть отнесены и акупунктурные точки. Расположение триггерных зон определяется локализацией генератора патологического возбуждения, с которым они находятся в прямой функциональной связи. Активация триггерной зоны может спровоцировать вспышку генератора и соответствующих патологических проявлений. Учет расположения триггерных зон может иметь существенное значение для лечебных целей. Блокируя эти зоны, можно получить положительный терапевтический эффект. По-видимому, в этих случаях, происходит «расшатывание» и ослабление связей между отдельными участками патологической нейродинамической системы, что, как подчеркивает Г. Н. Крыжановский, способствует ее подавлению защитными механизмами. Специализированные защитные механизмы могут возникать при воздействии на так называемые антисистемы, то есть нейродинамические организации, которые являются специфическими антагонистами по отношению к данной патологической системе. Антисистемы тоже имеют свою детерминанту с соответствующими афферентными входами, то есть триггерными зонами. Терапевтический эффект может быть связан или с воздействиями, блокирующими входы в патологическую детерминантную систему (тормозной метод), или со стимуляцией афферентных полей, активизирующих антисистему (возбуждающий метод). И в том, и в другом случае благоприятный эффект будет достигнут за счет разрушения патологической детерминантной системы.
Таким образом, наиболее эффективными должны оказаться те воздействия, которые адресованы акупунктурным точкам, являющимся входом в детерминантные системы.
Изложенное представление не противоречит взгляду на функциональные особенности точек, обусловленные их расположением на поверхности тела. Расположением точек определяются их анатомо-физиологические связи, благодаря которым воздействие на них может стать источником рефлексов, не связанных с наличием детерминантных систем. Наглядным примером этому служат воздействия на точки кожной поверхности, вызывающие известные поверхностные рефлексы. Экспериментально доказана также возможность воздействия на функцию внутренних органов с кожной поверхности (В. А. Буков, А. X. Касымов, 1968, и др.). Однако выраженность рефлексов непостоянна и при одной и той же характеристике внешнего воздействия определяется эндогенными факторами. В число таких факторов входят детерминантные системы. Их особенностями и определяются акупунктурные эффекты. Следовательно, прежде чем проводить рефлексотерапию нужно в каждом конкретном случае выяснить эти особенности и в соответствии с ними выбрать акупунктурный рецепт.
Простейшей моделью рефлексотерапевтических эффектов может служить феномен влияния кожных раздражений на головную боль (Е. Н. Панченко, 1959). Он заключается в том, что при головной боли, особенно сосудистого генеза, различные воздействия на определенные территории поверхности тела вызывают изменение болевого рисунка: изменяется локализация эпицентра цефалгии, боль усиливается или уменьшается, иногда полностью исчезает. Размеры зон, с которых удается оказывать воздействие на цефалгию, могут быть различными: от нескольких сантиметров в диаметре до 1 — 2 мм (точечные зоны). Зоны воздействия находятся на различных участках тела: в области головы, шеи, груди, туловища, конечностей. При этом иногда наблюдается парадоксальное явление: зоны воздействия есть в нижних отделах  туловища и на ногах, а в области головы и воротниковой зоны их нет. Однако в большинстве, случаев зоны воздействия расположены преимущественно в области головы и воротниковой зоны. При постоянстве локализации боли у соответствующего больного зоны воздействия более или менее устойчивы по своему расположению. Изменение локализации или характера цефалгии обычно сказывается на расположении и конфигурации указанных зон. Раздражители (тепло, холод, боль, вибрация, давление), адресованные различным рецепторам в пределах одной и той же зоны, способны по-разному влиять на цефалгию. В некоторых случаях более выраженный ответ достигается воздействием на одни рецепторы, в иных — на другие, причем характер влияния может отличаться не только количественно, но и качественно. С нарастанием интенсивности головной боли в ряде случаев отмечается тенденция к нивелированию указанных различий. Следует отметить также то обстоятельство, что в некоторых случаях можно наблюдать однотипный эффект от воздействий, адресованных различным рецепторам
На расположении, протяженности, контурах зон воздействий, помимо изменений в характере цефалгического синдрома, сказываются и другие изменения в состоянии больного. Данное явление обнаруживается, например, при переходе обследуемого из вертикального положения в горизонтальное или наоборот, при утомлении, отдыхе и т. п., причем и тогда, когда сами по себе упомянутые факторы существенного влияния на головную боль не оказывают. Эти изменения в характере влияния кожных раздражений на цефалгию, как и те, которые наблюдаются в результате замены одного раздражителя другим, более выражены при слабой боли и менее — при сильной.
В значительных по размеру зонах воздействия (площадью в несколько квадратных сантиметров) всегда можно обнаружить пункты диаметром 1—2 мм, в пределах которых раздражение рецепторов оказывает наиболее выраженное влияние на цефалгический синдром. Вышеперечисленные факторы (изменение положения тела испытуемого и т. д.) сказываются на эффектах, получаемых с этих пунктов, однако в меньшей степени, чем с их периферии. В большинстве случаев (но не всегда) указанные пункты совпадают по своему расположению с точками акупунктуры.

Рис. I. Плетизмограмма больного Д., 54 лет (церебральный атеросклероз I стадии):
церебральный атеросклероз I стадии
1 — зональные воздействия (3. в. сопровождаются западением плетизмографической кривой (спазм сосудов); 2— при утомлении больного рефлекторные реакции с зоны воздействия угасают; 3 — после отдыха (сон) рефлекторные реакции с зоны воздействия (западение плетизмографической кривой) вновь возникают

Свидетельства испытуемых о субъективно воспринимаемых изменениях в характере цефалгического синдрома, возникающего под влиянием раздражения рецепторов зон воздействия, в ряде случаев сопровождаются объективно регистрируемыми эффектами: возни кают изменения на артериальных осциллограммах, пневмограммах, плетизмограммах (рис. 1). В ряде случаев можно даже пальпаторно констатировать изменение пульсового наполнения. Особенно отчетливо это проявляется в дистальных отделах поверхностной височной артерии. Новокаиновая блокада зон воздействия устраняет все вышеупомянутые и объективно регистрируемые эффекты их раздражения.
Зоны воздействия были с успехом использованы нами (Е. Н. Панченко, 1958) при лечении головной боли. В тех случаях, когда раздражение зон сопровождалось усилением головной боли, положительный терапевтический эффект достигался анестезированием зон воздействия. Тогда же, когда раздражение зон вызывало уменьшение головной боли, желаемый терапевтический эффект получали втиранием раздражающих мазей. Причем, если ослабление головной боли наступало в результате холодовых раздражений, то для втираний использовали составы, содержащие ментол (обладающий, как известно, способностью понижать порог восприятия холодовых рецепторов), а если цефалгию уменьшали тепловые воздействия, применяли втирания, содержащие камфору, хлоралгидрат и т. п.

Описанный феномен влияния кожных раздражений на головную боль, несомненно, осуществляется при посредстве нервной системы. Это доказывает возможность получить его с анестезированных участков кожи. Поскольку данный феномен может быть достигнут раздражением рецепторов, находящихся за пределами участков кожной поверхности, иннервируемых черепными нервами, есть все основания предполагать его рефлекторную природу. Наконец, возможность получения лечебного эффекта путем возбуждающих (раздражение) и тормозных (анестезия) воздействий позволяет отнести упомянутый феномен к числу рефлексотерапевтических. Потому все, что выше было указано в отношении его особенностей, позволяет выявить те закономерности, которые, с нашей точки зрения, недостаточно акцентируются как в старых, так и в новых руководствах по рефлексотерапии. Это прежде всего относится к зависимости расположения зон воздействий от особенностей раздражителя и характера патологического процесса. Классические схемы предусматривают постоянство в расположении зон воздействий акупунктурных точек. При выборе точек главным образом учитывают основные проявления патологического процесса, например головную боль. Особенности конфигурации болевого рисунка, степень устойчивости и интенсивности патологических проявлений при этом роли не играют. Между тем, локализация зон воздействий, с которых может быть достигнуто максимальное влияние на патологические симптомы,— изменчива и далеко не всегда укладывается в меридианные и метамерные схемы. Существенна также зависимость эффектов раздражения зон воздействий от характера раздражителя: различные раздражители, приложенные к одной и той же зоне, способны вызывать разные эффекты и, напротив, можно получить однотипный эффект с помощью неодинаковых раздражителей, но приложенных к разным зонам. Из этого вытекает, что рефлексотерапевтические эффекты должны учитывать, каким способом предполагается проводить лечение:    иглоукалыванием, или прессурой, или электропунктурой и т. д. Как известно, во многих литературных источниках, содержащих рекомендации по рефлексотерапии, это обстоятельство не учитывается. Одни и те же точки рекомендуют использовать при всех видах рефлексотерапии. Между тем, это допустимо лишь при очень значительной интенсивности ирритативных процессов в патологическом очаге, в силу возникающих при этом феноменов, свойственных доминанте. Наконец, эффект рефлексотерапии может зависеть даже от позы больного во время сеанса лечения. Иными словами, при проведении лечения необходимо стремиться к стандартизации условий, в которых оно проводится.
Поскольку все приведенные выше положения вытекают только лишь из наблюдений над рефлексотерапией цефалгического синдрома сосудистого генеза, возникает вопрос, можно ли распространять их и на другие области рефлексотерапии?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы изучили влияние рефлексотерапевтических воздействий и на некоторые другие патологические состояния, при которых изменения в состоянии больного могут быть легко и быстро обнаружены. В частности, были проанализированы результаты различных воздействий на рецепторы поверхности тела при гиперкинетических синдромах. Под наблюдением находились 19 человек (8 мужчин и 11 женщин в возрасте от 17 до 48 лет). Из них 13 страдали спастической кривошеей, 4 — хореиформными гиперкинезами, 2— торсионной дистонией. Этиологически гиперкинезы были связаны с перенесенным энцефалитом. Немедленный ответ на рефлекторные воздействия был наиболее выражен при спастической кривошее, причем преимущественно в результате механических воздействий на рецепторы: у 5 больных гиперкинез исчезал при тактильных раздражениях, еще у 5 — только при интенсивном надавливании на некоторые зоны кожной поверхности, приводящем к раздражению глубже расположенных рецепторов, у 3 больных гиперкинез подавлялся раздражением поверхностно расположенных рецепторов в пределах одних зон или глубоко расположенных — в пределах других. В тех случаях, когда гиперкинез исчезал при тактильных раздражениях, поверхностная анестезия устраняла этот эффект, там же, где для прекращения гиперкинеза необходимо было интенсивное надавливание, эффект сохранялся и после поверхностной анестезии, хотя он несколько уменьшался по своей выраженности. Во всех указанных случаях после прекращения раздражающих воздействий гиперкинез возобновлялся. Однако после 20—30 ежедневных воздействий на соответствующие зоны отмечалось более или менее стойкое уменьшение выраженности гиперкинеза. Кратковременное снятие гиперкинеза (на период проведения процедуры) наблюдалось также при иглоукалывании — у 8 больных, электропунктуре — у 7, при термопунктуре — у 4 больных. Непосредственно в период проведения лазеропунктуры ни у одного больного гиперкинез не исчезал. Однако после курсового лечения лазеропунктурой у 4 больных отмечалось улучшение (курсы лечения указанными видами рефлексотерапии проводились последовательно с интервалами между ними 6—12 мес). Локализация зон, воздействием на которые подавлялись гиперкинезы, для механических, электрических и термических раздражений в большинстве случаев совсем не совпадала или совпадала не полностью.

При изменении позы больного локализация и конфигурация зон в некоторых случаях также изменялась (в 23 из 95 наблюдений).
В основном у обследованных больных зоны воздействия локализовались в области головы, шеи, верхних отделов туловища, хотя в 19 наблюдениях они располагались и на нижних конечностях.
При хореиформном гиперкинезе у 2 из 4 больных его удалось подавить или значительно уменьшить интенсивным надавливанием на участки тела, вовлеченные в гиперкинез. У 1 больного гиперкинез исчезал при интенсивном надавливании на любой участок тела. У 1 больного гиперкинез устранить не удалось. Более того, под влиянием дополнительных раздражений он усиливался. У больных с торсионной дистонией обнаружить зоны воздействия  не удалось.
Таким образом, при коррекции патологических состояний, сопровождающихся двигательной дисфункцией, методом рефлексотерапии в принципе обнаруживаются те же закономерности, которые проявлялись при раздражениях рецепторов поверхности тела в целях устранения цефалгического синдрома.



 
« Рефлексотерапия в лечении мальчиков-подростков с задержкой полового развития   Рецидивирующий средний отит »