Начало >> Статьи >> Архивы >> Религия и психические болезни

Религия и психические болезни

Оглавление
Религия и психические болезни
Психика - душа - мозг
О дьявольской одержимости и божьем наказании
Что такое психические болезни
К чему приводит страх божий
Порча и психозы
Шизофрения и религиозная мания
Болезнь или боговещание?

Религия и психические болезни
Кокин М. К., Габинский Г. А.
Религия и психические болезни. Москва, «Медицина», 1969.

Авторы рассказывают, как религиозные обряды, суеверия и обычаи угнетающе действуют на неустойчивую психику некоторых людей, вызывая тяжелые психические заболевания.
Издание рассчитано на широкий круг читателей, пропагандистов, санитарный актив.

Пока санитарная машина на большой скорости не въехала за ограду, никто не предполагал, что она остановится около церкви. Там в это время шла служба. На каменном полу без сознания лежала молодая женщина.
Врач быстро подошел к ней, прощупал пульс, дал лекарство. Наконец женщина пришла в себя. Когда ее вывели на свежий воздух, усадили на скамейку, врач обратился к толпе людей, обступивших больную.

  1. Что с ней было?
  2. Порченая она,— отозвалась одна из старух.— Во время службы вдруг возьми да и закричи не своим голосом. А потом и в обморок.
  3. Что же именно она кричала?
  4. Возле святого храма не могу повторить. Врага человеческого поминала.
  5. Дьявола?
  6. Упаси, господи, и помилуй,— перекрестилась старуха.— Типун тебе на язык. Рядом с божьим храмом — и такие слова.
  7. Его она называла?
  8. Его, милый. И долго кричала. Видно, сильно он ее, нечистый-то, мучает. Убоялся святой воды, да и начал мучить.
  9. Вы так считаете? — спросил врач.
  10. Что я, — ответила старуха.— Я женщина темная. Отец Ананий так говорит.
  11. А зачем же тогда врача вызывали?

Но старуха сделала вид, что не слышит, и, желая, очевидно, положить конец разговору, повернулась спиной к врачу и усиленно закрестилась...
А было так. Валентина М. неожиданно обнаружила у себя на руках какую-то сыпь, а затем почувствовала боль.

Она рассказала об этом своей соседке Васильевне. Эта сморщенная, но еще крепкая старуха надела очки и поглядела на пальцы Валентины.

  1. Я не дохтур,— прошепелявила она,— но вылечить тебя смогу лучше всяких лекарей. Возьми две ложки постного масла, головку лука и щепотку перца, добавь три капли спирта, все хорошенько смешай. И промывай, девонька, этим лекарством пальцы каждый час. Через день как рукой снимет. Вот, помню, в двадцать пятом году у моего Мишки...
  2. Спасибо, Васильевна, за совет,— поспешно прервала ее Валентина.— Спасибо за рецепт, я попробую.

Но ни через день, ни через пять дней боль не прекратилась, а, наоборот, усилилась, несмотря на то, что Валя аккуратно мазала руки приготовленной смесью. Девушку одолевала бессонница, а часы редкого забытья были заполнены кошмарными сновидениями. С криком она вскакивала с постели, стонала.

  1. Ну, как девонька,— окликнула ее однажды на улице соседка,— помогло мое лекарство?
  2. Нет, не помогло,—ответила Валентина.— Пальцы болят. И что ни день — то хуже. Спать перестала, ничего делать не могу. Сил моих больше нет. А когда сомкну глаза, снятся мне страшные сны...
  3. Сны? — заинтересовалась старуха.— А ты их, милая, не бойся. Сны всю правду говорят. Снится мне недавно паучище, здоровый да страшный. Ну, думаю, не иначе как письмо от моего Мишки будет. И что же ты думаешь? На другой день и в самом деле — сразу два письма.
  4. Да бог с ними, со снами,— отозвалась Валентина.— Руки вот болят, просто не знаю, что и делать. Сходить что ли к доктору?

В ответ бабка разразилась пространной речью, приведя много примеров, доказывающих, что врачи ничего не знают, и уверяла, что самое верное — это домашние средства, что постное масло с луком всегда помогает против зуда. Старуха удивлялась, почему этот состав теперь не помог. В заключение она вспомнила про одну свою знакомую, которая, по слухам, лечит от многих болезней, и гораздо успешнее, чем все доктора. Валентина внимательно слушала ее. А та, довольная, что нашелся терпеливый слушатель, с жаром расписывала чудодейственные лечебные средства, применяемые ее знакомой.

  1. Один человек животом мучился,— тараторила Васильевна.— Врачи говорят: язва. Дали ему лекарств, порошков всяких. Ничего не помогает. А пошел к этой самой старушонке — она его в момент вылечила.
  2. А как же она его вылечила? — поинтересовалась Валентипа.
  3. Да я уж и не знаю, деточка. Только, говорят,— понизив голос, доверительно сообщила Васильевна,— слово она такое знает. А окромя того, святая вода свое действие оказывает... Да, да, и не удивляйся. В церковь сходить помолиться — оно тоже не вредно. А то, небось, и лба не перекрестишь. Вот он, бог-то, и наказывает таких, как ты...

И вот Валентина в домике на незнакомой улице. С замиранием сердца вошла она в большую горницу. Ставни на окнах плотно закрыты, в комнате темно. Лишь в углу светится лампада перед образами.

  1. Вы к матушке? — донесся голос из темноты. Валентина внимательно всматривалась в дальний угол комнаты, но никого не видела.
  2. Да мне насчет болезни моей,— ответила она.
  3. Положи на стол пятерку и обожди чуток. Матушка скоро к тебе выйдет,— услышала она тот же голос.

Прошло еще несколько минут. Измученная болью и бессонницей, встревоженная мрачной, таинственной обстановкой дома, Валентина сдерживалась, чтобы не застонать, не заплакать.
Наконец стукнула дверь и кто-то вошел. При тусклом свете лампадки Валентина заметила только черный монашеский платок над широким лицом. Это и была «матушка». Ничего не говоря, старуха подвинула свой стул к Валентине и схватила ее за руку. От неожиданности женщина вскрикнула.

  1. Руки болят, знаю,— скрипучим голосом пробормотала старуха.— И кричишь вот. Бога забыла, в церковь не ходишь, молитвы не читаешь. Вот он-то в тебя вселился.
  2. Кто это — он? — спросила Валентина, еле ворочая языком.

Старуха сильно дернула ее за руку и громко прокричала:

  1. Он! Нечистый! Бес! Дьявол! Из адской бездны — и прямо в тебя! Молись, грешница! На колени! На колени! Повторяй за мной: «Отче наш...»

Валентина похолодела от ужаса. В воспаленном мозгу вихрем пронеслись все ее кошмарные сновидения. Обмякшая и обезволенная, она опустилась на пол и механически повторяла непонятные слова молитвы. В ее голове проплывали картины одна страшнее другой. В висках стучало. Сердце отчаянно билось. Откуда-то издалека доносился сиплый голос: «Но избави нас от лукавого»... «Лукавого... лукавого... лукавого»,— повторяла Валентина. Окончив молитву, старуха что-то втолковывала ей, но женщина сквозь звон в ушах слышала только одно: «Порченая, бес вселился».
Неуверенно ступая, Валентина вышла на улицу. Губы ее дрожали, глаза были полны слез. Испуганные домочадцы ничего от нее не добились и уложили в постель. Валентина, казалось, не слышала и не видела их. Устремив взгляд в пространство, она твердила: «Порченая... заколдованная... бес вселился...»
Через несколько дней Валентина вместе с «матушкой» оказалась в церкви. Над головами плавала сизая дымка. С паперти доносилось заунывное пение, прерываемое время от времени возгласами священника. Вокруг все колебалось, выглядело каким-то призрачным, нереальным. Тыча в спину Валентины тонким пальцем, старуха вполголоса бормотала заклинания. Валя с безумными глазами, блуждающим взором, с седой прядкой в волосах, появившейся совсем недавно, все думала о вселившемся в нее бесе. «Порченая... бес... лукавый... О господи!» —шептала она. Хор с паперти вдруг зазвучал громче; голоса, сплетаясь и расходясь, пели о чем-то страшном, угрожающем. В мокрых от слез глазах Валентины пламя свечей плясало и вытягивалось. Ее страх все рос и рос. Воображение, подогретое церковной обстановкой и шепотом старухи, ярко рисовало картины козней сатаны и адских мук.
Вдруг внутри у Валентины что-то оборвалось. Она уже не чувствовала ничего, кроме дикого, невыносимого, сильного страха. И она закричала. Закричала громким, леденящим душу голосом:

  1. А-а-а-а!

...И упала на каменный пол, забившись в судорогах.
Верующие в испуге обступили ее. Благолепие богослужения было нарушено. Раздались голоса: «Вот он, бес- то, как мучает», «Господи, помилуй», «Порченая, ась?», «За доктором надо послать».

Когда женщину усадили в машину, дежурный врач психиатрической больницы сказал сопровождавшему его молодому практиканту:

  1. Вот вам типичный случай истерического психоза. И обратите внимание, на прошлой неделе точно такую же больную привезли прямо с моления пятидесятников. А эту — из церкви.
  2. А что это у нее на руках? — спросил студент.
  3. Это мы быстро вылечим,— сказал врач,— а вот с истерией придется повозиться.

Рассказанное нами — не вымысел. Этот материал мы взяли из документов психиатрической больницы, в которой лечилась Валентина М.
А вот еще один случай.
...Утром Василий Н. зашел к знакомой старушке.

  1. Послушай-ка, бабушка, нынче не праздник ли?
  2. А как же, сынок,— ответила та,— Алексея, божьего человека, сегодня праздник.
  3. Алексея, значит? Ну, Алексея, так Алексея. Стало быть, выпью за него сегодня.

Василий Н., человек далеко не старый и, по его словам неверующий, живо интересуется церковным календарем. В чем же дело? Ларчик открывается просто: он любит выпить. А так как без повода пить как-то неловко, то Василий взял за правило пить только в связи с тем или иным праздником. А поскольку церковных праздников очень много — одних только главных двенадцать, некоторые из них длятся по нескольку дней, да еще престольные, да все прочие,— то повод всегда есть.
Здоровье у Василия неважное: шутка ли, так пить! Да и нервы с каждым годом все больше сдают. А ведь до чего был крепкий мужчина! Плохо у него и в семье, и на работе. Врачи говорят, что если он не перестанет пить, то его ждет тяжелое психическое заболевание на почве алкоголизма, с бредом и галлюцинациями. Но воля его уже давно ослаблена, ее не хватает на то, чтобы отказаться от губительного зелья.

Над рассказами старой своей матери о дьяволе и нечистой силе Василий часто откровенно посмеивался. Но, будучи во хмелю, прислушивался более внимательно и не смеялся. В его разгоряченном, отравленном алкоголем мозгу быстро проносились какие-то страшные картины, пока сознание не проваливалось в бездну пьяного сна.
...После праздника Василию было особенно плохо. Не помогли ни огуречный рассол, ни «опохмелка». С утра он испытывал какое-то неопределенное недомогание, беспокойство, смутный страх и беспричинную тревогу. Его мутило, мысли путались, сердце болело. Недуг брал свое. Еле поднявшись со скамьи, Василий вытащил из-под стола бутылку водки. «Выпью, и все пройдет»,— думал он. Жена еще спала. Дрожащей рукой он стал опрокидывать рюмку за рюмкой. И вдруг перед глазами у него все поплыло, а когда, схватившись, чтобы не упасть, за стол, он посмотрел в угол, то увидел там целую толпу страшных хвостатых чертей, грозивших ему и скаливших зубы.
Красный от страха и возбуждения, Василий схватил топор. Страшный вопль огласил дом. Топор опустился на голову спящей жены. Так приступ белой горячки привел Василия Н. в психиатрическую больницу. Врачи вылечили его. Жена, к счастью, тоже поправилась.
Что же привело Василия к болезни? Конечно, пьянство. Но оно поддерживалось многочисленными религиозными праздниками.
Для того чтобы объяснить, отчего заболела Валентина М., почему чуть не окончилась трагедией болезнь Василия Н., нам придется начать издалека.



 
« Ревматические болезни у детей   Рентгенодиагностика заболеваний позвоночника »