Начало >> Статьи >> Архивы >> Тело и антитело

Предисловие - Тело и антитело

Оглавление
Тело и антитело
Предисловие
Определение науки о самости
Как важно знать, кто вы
Миксина и минога
Наши общие защитные механизмы
Механизм иммунной системы
Иммуноглобулины
Антитела
Лимфоциты
Реакция на антиген
На заре иммунологии
Рождение теории самости
Первые шаги современной иммунологии
Развитие науки
Значение иммунологии
Борьба против рака
Иммунология и воспроизводство
Промахи иммунитета
Аутоиммунитет
Неудачи иммунологии - простуда
Неудачи иммунологии - интерферон
Неудачи иммунологии - малярия
Будущее иммунологии
Иммунология и старение
Феномен усиления и толерантность
Рак, предупреждение беременности, пересадки

Теперь, когда эта книга наконец написана, я ясно отдаю себе отчет, что мысль о ее создании впервые зародилась у меня в городке Эксетер, в сентябре 1969 года. Именно в тот период по роду своих занятий я освещал в печати и по телевидению работу ежегодного собрания Британского общества по распространению научных знаний. Эта организация возникла в первой половине XIX века по инициативе крупных ученых, в числе которых был Томас Гекели. Они ставили своей целью пропагандировать не только общественную значимость науки как таковой, но и необходимость научного подхода к нам самим и к нашему существованию, руководствуясь новомодной в то время теорией Дарвина о происхождении видов, включая и род человеческий. Ученые-энтузиасты решили, что науке нужна витрина, и основали Британское общество по распространению научных знаний. На ежегодных собраниях предполагалось заслушивать доклады о последних достижениях науки перед широкой аудиторией, состоящей из ученых других специальностей и заинтересованных непрофессионалов; там можно было принять участие в обсуждении злободневных научных проблем и, что немаловажно, привлечь в науку свежие силы. Примеру английских ученых последовали Соединенные Штаты Америки, где было создано Американское общества по распространению научных знаний, которое, следуя британскому образцу, устраивает ежегодные публичные собрания, длящиеся по меньшей мере неделю.
С тех пор наука в своем стремительном развитии распалась на бесчисленное множество специальных дисциплин. Ежегодные собрания ученых понемногу превратились в гигантских, неуклюжих, почти неуправляемых монстров. В наши дни ученые рассказывают о наблюдениях и важных открытиях на встречах и симпозиумах узких специалистов. Именно там, а также на страницах специальных научных журналов разгораются страсти вокруг новых теорий. Но одновременно как английское, так и американское Общества по распространению научных знаний продолжают служить источниками множества докладов и дискуссий, относящихся не только ко всем видам научной деятельности, но и к социальным последствиям науки. Все это не может не вызвать сумятицы. Даже опытнейшему научному обозревателю не по силам угадать, где интереснее материал — в разделе «Технические науки» или в рубрике «Образование», и как сделать выбор между «Зоологией», «Психологией» и «Математикой»?
Но вернемся к той солнечной сентябрьской неделе, с которой я начал свой рассказ и которую провел среди новых зданий быстро растущего Эксетерского университета, страдая умственным несварением и стерев ноги в тяжких походах по сглаженным, но еще достаточно крутым холмам Девоншира. Помнится, я взбунтовался, когда узнал, что мне предстоит подготовить краткий обзорный материал о собрании Общества. Я запротестовал, ссылаясь на непосильность задания. Как ни странно, протест удовлетворили и задание было изменено: меня попросили подготовить небольшой репортаж о проблеме, которая, по моему собственному суждению, на нынешних рубежах знания представляет наибольший интерес.
После некоторых размышлений я пришел к выводу, что в данный момент к числу самых волнующих научных дисциплин относится иммунология; точнее сказать, именно иммунология сильнее всего привлекла мое внимание тем новым светом, который она проливает на многие актуальные вопросы.

Если бы я вознамерился перечислить имена всех, кто с тех пор помогал мне и предоставлял необходимые сведения для, этой книги, то кое-кто мог бы усмотреть в этом желание замаскировать громкими именами и солидными авторитетами неточности простого репортажа об огромной и важнейшей области науки.
Поэтому я ограничусь лишь тем, что скажу: ни один из иммунологов, к которым я обращался, не отказался встретиться со мной, не пожалел для меня ни единой крохи информации, ни единой минуты своего времени, на которое я, естественно, претендовал. Самую большую помощь мне оказали именно те, кого я мучил особенно беспощадно. Прежде всего я должен поблагодарить д-ра Джеймса Моубрэя, преподавателя иммунопатологии из Медицинского училища при Лондонской больнице Св. Марии, ибо он был первым, к кому я обратился за помощью и кто неизмеримо помог мне, прочитав и выправив наиболее специальные разделы этой книги. Затем я должен упомянуть профессора Дж. Бэтчелора из больницы Королевы Виктории (Ист-Гринстэд), д-ра Джона Хэмфри, заместителя директора Национального научно-исследовательского медицинского института в Милл-Хилле, и его коллегу, д-ра Эвриона Митчисона. В то время, когда я еще совершенно не  освоился в этой новой для меня стране Иммунологии, моим бесценным проводником был д-р Дэвид Оуэн, секретарь Совета медицинских исследований. Сэр Питер Медавар — еще один ученый, который и не представляет, в какой мере эта книга является и его произведением, хотя именно он впервые пробудил во мне интерес к этой проблеме. Я должен также поблагодарить американских ученых — профессора Роберта Гуда и его супругу, д-ра Джоан Финстэд, которые предоставляли мне, совершенно незнакомому человеку, любую необходимую информацию.
Дэвид Уилсон



 
« Субклинические гипотиреоидные состояния и их оценка   Тениаты - ленточные гельминты »