Начало >> Статьи >> Литература >> Аритмии сердца (5)

Реперфузионные нарушения ритма - Аритмии сердца (5)

Оглавление
Аритмии сердца (5)
Электрофизиологические механизмы ишемических нарушений ритма желудочков
Первая фаза желудочковой аритмии
Реперфузионные нарушения ритма
Вторая фаза желудочковой аритмии
Третья фаза желудочковой аритмии
Преждевременное возбуждение желудочков
Пейсмекерная активность
Осцилляторная деполяризация мембранного потенциала
Циркуляторное возбуждение
Электрокардиографические проявления
Экстрасистолический ритм
Полиморфные ПВЖ
Клиническое значение поздних потенциалов
Желудочковая аритмия вследствие физической нагрузки
Желудочковая тахикардия при физической нагрузке
Желудочковая тахикардия и фибрилляция
Электрокардиографические признаки
Этиологические факторы
Синдром удлинённого интервала Q—Т
Приобретенные синдромы
Электрофизиологические исследования при желудочковой тахикардии
Поздние потенциалы
Определение поздних желудочковых потенциалов
Частота поздних потенциалов у больных с желудочковой тахикардией и без нее
Корреляции
Влияние антиаритмических способов
Прогностическое значение поздних потенциалов
Оценка состояния больных после инфаркта миокарда

Еще в 1935 г. Tennant и Wiggers [42] описали возникновение фибрилляции желудочков при внезапном восстановлении кровотока в коронарной артерии у собаки (фибрилляция при реперфузии или устранении окклюзии). Это первое лабораторное наблюдение привлекло к себе большой интерес клиницистов и экспериментаторов после того, как было установлено, что у жертв внезапной сердечной смерти (при фибрилляции желудочков) в случаях реанимации и тщательного наблюдения необязательно выявляются признаки миокардиального повреждения и инфаркта [43]. В связи с этим было высказано предположение, что внезапная смерть (в случаях невыявления у жертв признаков некроза миокардиальных клеток) была ускорена фибрилляцией желудочков, вызванной реперфузией, скорее всего, при разрушении тромба или резком прекращении спазма коронарной артерии. Хотя использование этих данных применительно к человеку вовсе не безусловно, демонстрация внезапного характера желудочковой фибрилляции при реперфузии в сердце собаки может служить хорошей моделью, помогающей клиницистам понять природу внезапной сердечной смерти у человека. Поэтому нарушения ритма, возникающие при восстановлении кровотока, стали предметом интенсивных экспериментальных исследований, направленных на изучение механизмов реперфузионной фибрилляции желудочков и разработку эффективных схем применения антиаритмических препаратов для предотвращения рецидивов внезапной сердечной смерти. Удалось выяснить, что одним из основных факторов, определяющих развитие реперфузионной фибрилляции желудочков, является продолжительность предшествующей окклюзии коронарной артерии. Blake и соавт., исследовав влияние этого параметра, отметили, что вероятность развития реперфузионной фибрилляции желудочков в модели Окклюзии ЛПНКА наиболее высока при продолжительности окклюзии 20—30 мин [44]. Наибольшая частота возникновения реперфузионной фибрилляции желудочков в это время может быть связана с индуцированным (обратимым) ишемическим повреждением миокарда, которое достигает максимума именно к этому моменту. Позднее наблюдаются необратимое повреждение клеток и некроз миокарда [45].
Другим важным параметром, влияющим на развитие фибрилляции желудочков, является объем поврежденного (ишемического) миокарда, который реперфузируется. Austin и соавт. [46], используя регрессионную модель логической зависимости, описали связи между возникновением фибрилляции желудочков и объемом миокарда, повреждаемого вследствие окклюзии коронарной артерии (рис. 6 7). Авторы полагают, что их модель позволяет с одинаковой степенью точности прогнозировать низкую и высокую вероятность фибрилляции соответственно при небольшом и обширном (массивном) объеме повреждаемого миокарда; причем при промежуточных величинах объема отмечается прямая корреляция. Это исследование во многом объясняет значительную вариабельность частоты реперфузионной фибрилляции, которая наблюдается как результат вариаций объема повреждаемого миокарда в связи с различиями в величине коллатерального кровотока в зоне ишемии. Однако в этой работе не проводилась систематическая оценка возможного дополнительного влияния ускорения сердечного ритма и снижения системного артериального давления на сердечный выброс при реперфузии. Например, повышение частоты сердечного ритма у собак с меньшим объемом повреждаемого миокарда до сравнимых уровней, наблюдаемых у собак с большим объемом повреждаемого миокарда, приводит к более частому возникновению реперфузионной фибрилляции желудочков. Важная роль относительного учащения ритма сердца в генезисе желу

вероятность фибрилляции желудочков

Рис. 6.7. Связь между объемом повреждаемого миокарда и вероятностью фибрилляции желудочков при окклюзии (слева) и реперфузии после 20-минутной окклюзии (справа). Сплошная линия определяется с помощью уравнения (приведено на соответствующем фрагменте); пунктирными линиями отмечен. 95 % доверительный интервал. Наблюдаемая частота случаев фибрилляции желудочков для каждого приращения миокарда на 5 г показана точками. Количество животных в каждой группе дано в скобках [46}.

дочковой аритмии в первые 20—30 мин окклюзии коронарной артерии отмечается Scherlag и соавт. [47].
Клеточные электрофизиологические механизмы и непосредственные причинные факторы реперфузионной желудочковой аритмии по-прежнему привлекают исключительный интерес и продолжают интенсивно исследоваться. В одном из возможных объяснений ответственность за возникновение реперфузионных нарушений ритма возлагается на изменение химических и электрических градиентов вследствие вымывания различных ионов и метаболитов, накопленных в зоне ишемии. В одной работе [39] было установлено вымывание больших количеств лактата и ионов калия после реперфузии. Выброс ионов калия во внеклеточное пространство, окружающее нормальные миокардиальные клетки, может вызвать их частичную деполяризацию и развитие ритмической пейсмекероподобной активности, напоминающей описанную Cranfield [21], а также Katzung и соавт. [23]. Такая активность, если она действительно присутствует в интактном миокарде собаки, может вызвать приступы желудочковой тахикардии и фибрилляцию. Более того, вымывание кислых метаболитов способно вызвать аномальную реполяризацию с осцилляциями во время фазы 3, как описано Coraboeuf и соавт. [26, 27], что в интактном сердце может привести к ритмической деполяризации с последующей желудочковой аритмией. Изложенные выше возможные объяснения вполне правомерны, однако они нуждаются в экспериментальной верификации. Более того, вызванная калием частичная деполяризация затронутых миокардиальных клеток может инактивировать потенциалы действия с быстрым ответом и увеличить число потенциалов действия с медленным ответом при проведении импульсов. Такие импульсы распространяются медленно и способствуют возникновению однонаправленного блока. Все эти события в итоге приводят к циркуляторной преждевременной деполяризации желудочков [32, 40]. В зависимости от размеров и количества волн, циркулирующих одновременно при преждевременном возбуждении, ритм желудочков может проявляться в диапазоне от одиночных преждевременных желудочковых комплексов (одна большая цепь циркуляции) до фибрилляции (множество небольших циркулирующих волн) [18]. Следовательно, как и в случае ишемической желудочковой тахиаритмии, реперфузионные нарушения ритма могут быть связаны как с механизмом циркуляции, так и с определенной автоматической активностью [18].
Akiyama удалось зарегистрировать трансмембранные потенциалы в субэпикардиальных клетках реперфузируемого участка рабочего миокарда во время фибрилляции желудочков, вызванной реперфузией (рис. 6.8) [48]. Автор отметил, что клетки реперфузируемого участка имеют сниженный мембранный потенциал покоя и чувствительны к верапамилу (блокатор медленных каналов), но не к тетродотоксину (блокатор быстрых каналов). Полученные данные свидетельствуют о том, что миокардиальные клетки в зоне реперфузии имеют потенциалы действия типа медленного ответа. Downar и соавт. [13] находят, что для клеток реперфузируемого участка характерна высокая гетерогенность конфигурации трансмембранных потенциалов (рис. 6.9), причем некоторые клетки остаются невозбудимыми, другие же — обнаруживают нормальную возбудимость. Эти данные позволили авторам предположить, что столь гетерогенный электрофизиологический субстрат вполне может послужить причиной аритмии циркуляторного типа. Хотя в проведенных микроэлектродных исследованиях не был документирован клеточный автоматизм [13, 48], отсутствие таких данных не означает, что во время реперфузионной желудочковой аритмии не может действовать некий автоматический механизм. И действительно, в своем предварительном сообщении Ten Eick и соавт. [55] показали, что клетки, расположенные глубоко в ишемическом миокарде, могут генерировать спонтанные импульсы, что предполагает способность реперфузируемых миокардиальных клеток в зоне ишемии инициировать автоматическую активность.
Levine и соавт. [49] построили кривые зависимости силы стимуляции от длительности импульса (как для анодной, так и для катодной стимуляции) в первые несколько минут острой окклюзии коронарной артерии у собаки, а также сразу после реперфузии в период максимальной частоты желудочковой аритмии. Авторы отмечают повышенную возбудимость миокарда, что хорошо коррелирует с развитием нарушений ритма как в начале окклюзии, так и при реперфузии. Более того, возбудимость при анодной стимуляции лучше коррелирует с частотой возникновения аритмии, чем катодная возбудимость [49]. Изменения пороговой возбудимости и рефрактерности также были продемонстрированы Elharrar и соавт. [50]. Lazzara и соавт. [51] описали увеличение периода постреполяризационной рефрактерности в ишемических

фибрилляции желудочков

Рис. 6.8. Регистрация трансмембранных потенциалов действия в эндокардиальных желудочковых клетках во время фибрилляции желудочков (ФЖ), вызванной реперфузией ишемической зоны. Потенциалы действия (ПЛ) и униполярные эпикардиальные электрограммы (ЭП) регистрировались одновременно в зоне реперфузии через I мин (верхний фрагмент) и 5 мин (средний фрагмент — с меньшей скоростью развертки, нижний — с большей скоростью) после начала фибрилляции. Нулевой уровень мембранного потенциала (стрелки справа) определялся при выведении электрода из эпикарда в раствор Тироде, тонким слоем покрывавший его поверхность (средний фрагмент). В начале фибрилляции в желудочковых клетках наблюдались потенциалы действия различной амплитуды при частоте более 300 уд/мин. Как видно на рисунке, один из потенциалов действия имеет максимальный диастолический потенциал — 58 мВ и овершут — 2 мВ (верхний фрагмент). Позднее (при фибрилляции) частота локального возбуждения снизилась и оставалась относительно стабильной — около 150/ мин, что позволило мембранному потенциалу достигнуть стабильного уровня во время диастолы. В этом случае потенциал покоя равен —61 мВ, а овершут составил 3 мВ. Обратите внимание на увеличение овершута (3 мВ) в тот момент, когда частота локального возбуждения снизилась и диастолический потенциал перед началом фазы нарастания стал более отрицательным (кривые на среднем и нижнем фрагментах) [48].

 

Рис. 6.9. Трансмембранные потенциалы действия, зарегистрированные в субэпикарде левого желудочка (на расстоянии до 1 мм друг от друга) сердца свиньи in situ после окклюзии левой передней нисходящей коронарной артерии. Локализация клеток 1 и 2 одинакова, но клетка 1 располагалась глубже. Потенциалы действия клеток 3 и 1, а также клеток 3 и 2 регистрировались одновременно со сдвигом всего в 1 мин, хотя параметры стимуляции оставались без изменений. Стимулирующий электрод располагался вблизи клетки 3. Все три клетки находились на расстоянии до 1 мм друг от друга. Обратите внимание на задержку и блокирование импульса между клетками 3 и 1 [13].

миокардиальных волокнах (т. е. неспособность клетки генерировать потенциал действия в течение почти 200 мс после полной реполяризации), а также зависимое от времени восстановление возбудимости миокарда, которое может иметь аномальную связь с частотой ритма сердца (т. е. длительность постреполяризационной рефрактерности может возрастать при повышении частоты сердечного ритма) [52]. Такое событие вполне способно снизить скорость проведения, что благоприятствует возникновению циркуляции преждевременного возбуждения.
Реперфузионная желудочковая тахиаритмия представляет собой сложное явление, поэтому ее возникновение и поддержание могут обеспечиваться множеством различных механизмов [53, 54].
Хотя в развитии нарушений ритма как в ранний постокклюзионный период, так и во время реперфузии могут принимать участие многие сложные механизмы, между механизмами, действующими в столь разных условиях, имеются определенные различия [56, 57]. Coker и Parratt [67] отмечают, что внутрикоронарное введение простациклина существенно снижает частоту возникновения фибрилляции желудочков при реперфузии после 40-минутной окклюзии ЛПНКА у собаки. Авторы полагают, что высвобождение эндогенного простациклина может иметь защитный эффект во время реперфузии ишемического миокарда, но при окклюзионной аритмии его действие бывает иным. Для выяснения различий клеточных электрофизиологических механизмов и факторов, способствующих возникновению потенциально летальных нарушений ритма при окклюзии и реперфузии, необходимы дальнейшие исследования.

Фармакологические подходы

Медикаментозное лечение и ведение больных с желудочковой аритмией на ранней стадии острой ишемии представляет в целом трудно разрешимую проблему, так как лекарственные препараты почти (или совсем) не имеют доступа к участку возникновения аритмии. Wit и Bigger [58] считают, что если препарат способен достигнуть места развития нарушения ритма, то в обеспечении эффективного антиаритмического действия должны участвовать два взаимоисключающих механизма. С одной стороны, препарат должен полностью блокировать проведение в зоне ишемии, а с другой — восстановить нормальное проведение. Более того, в свете последних данных, потенциально эффективные антиаритмики должны также подавлять аномальный автоматизм, возможно, обусловленный ранней постдеполяризацией [23, 27]. Wenger и соавт. [59] внутривенно вводили собакам прокаинамид через 40 мин после полной окклюзии левой огибающей коронарной артерии; они отметили прогрессивное снижение миокардиальной концентрации препарата в зависимости от выраженности ишемии [59]. В наиболее ишемизированных зонах концентрация прокаинамида была наименьшей. Zito и соавт. [60] обнаружили более низкую концентрацию лидокаина в ишемической зоне у собак при введении препарата через 2 ч после окклюзии ЛПНКА. Тем не менее даже столь низкое поступление препарата в зоны выраженной ишемии, по-видимому, может обусловить электрофизиологические эффекты в начале постокклюзионного периода. Исследования Kupersmith и соавт. [61] показали, что лидокаин, введенный через 2 ч после полной окклюзии ЛПНКА, вызывает повышение рефрактерности прежде всего в зоне инфаркта, уменьшая тем самым различие в рефрактерности между нормальной и пораженной областями, которое наблюдалось до введения лидокаина. Более того, лидокаин увеличивает время активации миокарда в зоне инфаркта, не влияя на здоровые ткани. Однако в этой работе не оценивались антиаритмические последствия (если таковые были) подобных локальных электрофизиологических изменений при воздействии лидокаина на остро ишемизированные ткани. Более того, терапевтическая значимость уменьшенного поступления антиаритмических препаратов в зону острой ишемии миокарда при подавлении аритмии остается неясной. Nattel и соавт. [62] показали, что введение антиаритмика (априндин) в потенциально аритмогенную область до окклюзии коронарной артерии может обусловить неоднородность регионарного распределения препарата, а также различия в электрофизиологических изменениях и антиаритмической эффективности [62]. На основании данных о частоте возникновения аритмии авторы полагают, что вызываемое препаратом дополнительное замедление проведения в зоне ишемии, скорее всего, повысит вероятность ранней желудочковой тахикардии и фибрилляции [62]. Это исследование показало, что антиаритмики при достаточно высокой их концентрации в ишемической зоне действительно способны обострить раннюю постокклюзионную аритмию. Для более ясного понимания этого важного вопроса необходимы дальнейшие исследования.
В отношении реперфузионной фибрилляции желудочков большинство антиаритмических препаратов обнаружило свою неэффективность [63, 64]. Однако, как отмечается в более позднем исследовании, где при статистической обработке данных учитывался объем повреждаемого (ишемического) миокарда, бретилий снижает частоту возникновения фибрилляции желудочков при реперфузии [65]. Весьма обнадеживает продемонстрированная недавно возможность введения медикаментов в зону острой ишемии миокарда при ретроградной перфузии через коронарную вену (ретроперфузия) [68, 69]. Meerbaum и соавт. [68] удалось растворить тромб в ЛПНКА с помощью стрептокиназы, введенной через большую сердечную вену, которая отводит кровь из области, питаемой ЛПНКА [70]. Однако пока неясно, способно ли введение антиаритмиков в зону острой ишемии при ретроинфузии через сердечные вены предотвратить возникновение или снизить частоту ранних нарушений ритма. Тем не менее такой подход представляется многообещающим [69].
Механизмы ранней постокклюзионной аритмии у человека весьма трудны для исследования ввиду экстраординарных условий, в которых они функционируют. В своем предварительном сообщении Cinca и соавт. [66] сравнивают ЭКГ в грудных отведениях, полученные в первые минуты острого инфаркта миокарда у людей, с результатами экспериментальной окклюзии коронарной артерии собаки (рис. 6.10). Авторы полагают, что изменения клеточной электрофизиологии у людей могут быть аналогичными наблюдаемым у экспериментальных животных [66]. Если это так, то медикаментозная терапия в раннюю фазу аритмии будет исключительно трудным делом. Однако возможность возникновения аналогичных электрофизиологических аномалий в клетках человека и при экспериментальной ишемии свидетельствует о том, что экспериментальные исследования, направленные на выяснение механизмов действия и фармакологических эффектов препаратов в этих условиях, могут помочь в лечении и профилактике нарушений ритма на ранней стадии.



 
« Аритмии сердца (4)   Аритмии сердца (6) »